Книга Слова, что обрушат небеса, страница 187 – Анна Панкратова

— Я здорова, — уперто ответила Харпер, хоть сама начала сомневаться и согласилась пойти к гинекологу, когда месячные закончатся. — Трех врачей сменила.

Она села, залпом выпила зелье и поморщилась. Знакомое тепло прошло по организму и согрело. А рука Деймонда коснулась ее мокрого от пота лба.

— Ты горишь. Что-то не так.

— Все так. Пройдет…

— Нет, Харпер. Так быть не должно. Когда появились боли?

Харпер нахмурилась: какая разница? Закусила губу, силясь вспомнить.

— Ну… Месяцев… девять назад? Год уже? Я не помню.

— То есть когда Кейлус заключил сделку с Дэном. И велел… ты помнишь.

Деймонд вскочил, распахнул шкаф, и в Харпер прилетел ее свитер. Она непонимающе повертела ткань в руке, а потом расширила глаза, осознавая, на что намекал Деймонд.

Последнее, что было нужно Кейлусу и Дэну — беременная Харпер. А в одном она всегда была уверена: запланированная беременность или нет, но ребенка она бы точно оставила.

— Я никуда не пойду, — заявила Харпер. Боль разжимала хищные пальцы, отпуская на волю. — Не пойду. Я была у врачей. Я здорова.

— Твоих врачей. У моих еще нет. Мама сказала, к кому ходит. Очень сильная светлая и прекрасный гинеколог.

— Я здорова! — Слезы собирались в глазах. Может, Харпер не готова рожать прямо сейчас, но стать матерью определено входит в ее список дел до смерти. Особенно родить именно от Деймонда!

Он сел рядом, обхватил ее за щеки.

— Мне очень нравится, что ты сообразительная, но иногда ты слишком сообразительная.

Харпер хлюпнула носом.

— Уверен, если что-то и случилось, то все последствия обратимы. Поэтому еще я притащу Кейлуса, чтобы он лично объяснил, чем велел тебя пичкать.

— Район Зимы? — устало спросила она. Деймонд кивнул. — Слышала, там сегодня снегопад.

— Заодно снегом полюбуемся. Одевайся.

В дороге Харпер стало легче. Перед переходом в район Зимы она натянула на топик свитер, а босоножки сменила на теплые ботинки. Вместо кондиционера заработала печка, а дрожь в очередной раз прошла по телу: как же все это странно. Секунду назад светило солнце, было хоть и не жарко, но тепло, а тут бах! И уже мороз и снегопад, сугробы на обочинах и техника, что разгребала новые последствия без участия человека, ведь работала от магии.

Зелье сняло боль, поэтому Харпер уперто не выходила из машины, когда они подъехали к большому зданию в старинном стиле, напоминающем замок, но никак не больницу.

— Все еще горячая, — заявил Деймонд, касаясь ее лба. — Пожалуйста, веснушка. Я очень волнуюсь.

Харпер нехотя вышла из машины. Деймонд, как ребенка, нарядил ее в пальто, пытался и шапку надеть, но она пошла ко входу, бубня, что им идти по морозу меньше минуты.

Коридоры в вечерний час пустовали. Внутри все было в желтых и бежевых оттенках, чистое и опрятное. Мягкие диванчики и кресла, деревянные двери, ведущие в кабинеты врачей, растения в горшках. Харпер устало вертела головой, сравнивая эту больницу с платными клиниками в Санкт-Петербурге.

Они разделись рядом с кабинетом Милы Эбинс, повесили верхнюю одежду на вешалку. Харпер спросила про бахилы, но Деймонд устало махнул рукой, очищая их обувь. Она надула губы: тоже хочет знать такое заклятие.

Деймонд пару раз постучал в дверь и, не дожидаясь разрешения, вошел внутрь. Харпер семенила следом, желая убежать отсюда вовсе. Пока не знаешь, что с тобой — все не так и плохо!