Книга Академия Черного дракона, страница 51 – Елена Ха

Мой отец и сам король на его стороне!– Если король поддерживает Свада, почему же он прозябает в жалком приграничном городишке? Может, потому что никому не нужен? – с издевкой поинтересовалась Занрика.– Розарика хорошо обустроилась в столице. И что толку? Она убила собственного сына! – жестко отреагировала Мара.– И взорвала свою резиденцию. Чудо, что никто не погиб. Но думаю, она рассчитывала убить-таки брата! – вклинился в разговор Истрик.Яррик нервно всхлипнул.– О небеса, Зани, кого ты воспитала? – с осуждением спросил Фрушрик, – Я говорил тебе, что ты слишком ее балуешь. Но ты продолжала твердить ей, что она самая лучшая, и только она достойна стать следующим главой рода. Ты испортила нашу дочь, превратила в завистливую одержимую преступницу, детоубийцу!Несчастный отец и разочаровавшийся супруг говорил тихо, но в его голосе не было опустошения, скорее решительность.– Свадрик, этот замок всегда будет твоим домом. И я всегда буду рад видеть тебя, – обратился он к сыну, который все еще стоял к беседующим спиной, рассматривая картину. Мара вернулась к Яррику, который пребывал на грани обморока.– Этому не бывать! Здесь я хозяйка! И я не желаю видеть это недоразумение в моем замке! – прорычала Занрика, надвигаясь на мужа.– Я глава клана, и это мой замок! И я во всеуслышание заявляю, что Свад желанный гость здесь! А если тебе что-то не нравится, можешь уезжать!– Ты гонишь меня? – оторопело спросила Занрика, – Но я ведь твоя истинная?– Да, ты истинная, а Свад мой сын, недолюбленный, брошенный собственной матерью, поэтому я обязан любить его за двоих.Дыхание Занрики участилось. А Свад заговорил:– Спасибо папа, за поддержку. Господин Истрик, и вам…При этом черный дракон подошел к картине и оперся на стену рядом. Картина неожиданно поехала в сторону вместе с позолоченной рамой. Двигалась она почти бесшумно и быстро. Сразу было понятно, что за механизмом присматривают. Из тайного хода кубарем вывалилась Розарика. Все растерянно уставились на драконицу, которая торопливо вскочила на ноги. Ее обычно строгая прическа разлохматилась, вместо элегантного платья на ней был надет черный мужской брючный костюм для верховой езды.Первым пришел в себя Истрик, шагнул к преступнице и строго сказал:– Именем короля, вы арестованы!Розарика безумным взглядом осмотрела всех. Деваться ей было некуда. У дверей стоял командир стражей, у окон брат и дальше родители у стола. В тайном ходе ее быстро догонят и скрутят.– Ненавижу тебя! – крикнула загнанная в угол драконица. В ее руках, откуда ни возьмись, появился кинжал, который серебряной молнией полетел в Свада.К счастью, у Свада была отменная реакция, он вовремя присел. Кинжал просвистел над головой дракона и вонзился прямо в сердце Занрики.– Мама? – дрогнувшим голосом позвала Розарика, и ее тут же скрутил Истрик.Фрушрик, Свад и Мара кинулись к упавшей на пол хозяйке дома. Глаза той посеревшей стекляшкой были устремлены к высокому стрельчатому потолку. Из уголка рта стекала кровавая струйка. Ее супруг обнял истинную пару, все вокруг засверкало, глава клана щедро делился своей магией с женой минут десять, но толку не было.

Его с трудом оторвали от нее, когда радужная сфера стала совсем бледной.– Отец, вы почти исчерпали свой резерв, остановитесь, иначе и вы погибнете. Ее уже не спасти, но вы нужны здесь! – уговаривал Фрушрика Свад, разрывая последние объятия своих родителей.Мара подхватила под локоть своего нового родственника, он полностью поседел за те десять минут, что ушли на тщетные попытки спасти истинную.– Пойдемте, господин Фрушрик… папа. Вам нужно отдохнуть. Завтра будет тяжелый день.Слуги с ужасом в глазах подхватили тело хозяйки и унесли готовить к траурному прощанию.Тем временем в замке уже был отряд стражей. Они подхватили Розарику, бьющуюся в истерике, и полуобморочного Яррика, которой все время повторял:– Я не знал о ее планах… не знал. Она обманула меня… Мой дворец… Я не знал…Господин Истрик подошел к Сваду, низко поклонился ему и неуверенно заговорил:– Соболезную вашему горю, – дождавшись сдержанного кивка черного дракона, страж продолжил, – Как вы догадались, что Розарика за картиной?– Я знаю все тайные ходы этого замка и их секреты. В верхнем левом углу летят орлы… Видите, две черные точки?Истрик с любопытством осмотрел пейзаж. Действительно, над горами с белыми шапками снега кружили орлы, но у художника они скорее были изображены как два черных мазка.– Я знал, что в этих орлах дырки для глаз, и внимательно наблюдал за ними, поэтому заметил сестру. Но и вы раскройте секрет, как вы догадались осмотреть конюшню?– Опыт, – пожал плечами Истрик.Собеседники были удовлетворены полученными ответами, раскланялись, и стража удалилась. В столовую вернулась Мара вместе со служанкой, которая тут же принялась отмывать пол. Драконица же подошла к своему истинному, обняла его и предложила:– Пойдем отдыхать. Я попросила, чтобы приготовили твою комнату, нам туда принесут ужин.Свад растерянно посмотрел на жену и переспросил:– Ты попросила приготовить мою комнату? – смешок, – Тебя ждет сюрприз.Он взял девушку за руку и повел сначала по широкой парадной лестнице на второй этаж, где обычно располагались личные апартаменты хозяев, но дракон продолжил путь, увлекая спутницу по узкой лестнице на третий. Здесь чаще всего располагались гостевые. Но и тут Свад не задержался. По узкой винтовой лестнице мужчина привел Мару на чердак.Здесь царил полумрак. Небольшое полукруглое окно давно не мыли. Благодаря стрельчатой крыше, высота потолка пряталась в темноте. В углах под скатами скопились хлопья пыли. Из мебели стояла узкая кровать и маленький стол у окна, рядом с которым ютился деревянный стул.– Ты хочешь сказать, что здесь прошло твое детство? – прижимаясь к мужу, с ужасом спросила Мара.Свад кивнул и повел девушку вниз. Им навстречу торопилась шустрая полненькая служанка с кипой чистого белья в руках.– Мы будем ночевать здесь, – строго сказал Свад, махнув рукой на ближайшую гостевую комнату, – Накройте там ужин и заправьте постель.– Слушаюсь! – поклонилась девочка и юркнула в указанном направлении.Пока им готовили спальню, Мара и Свад стояли у окна. Девушка прижала щеку к широкой груди истинного, и дракону казалось, что она слушает, как мерно бьется его сердце.