Книга Ты ко мне вернешься, жена, страница 23 – Мария Кац

— Олеся, не заводись. У него дела. Сложный проект в другом городе. Связь плохая. Он просто очень занят.

— Занят? — моё сердце выскакивает из груди, угрожая разорвать её. — Настолько занят, что его телефон не работает уже больше месяца? Ты знаешь Марата! Он отвечал на мои звонки из любой точки мира, даже если это был трёхсекундный разговор! Он всегда выходил на связь! Всегда! А сейчас — тишина. Это на него не похоже, и ты это прекрасно знаешь! Ты что-то скрываешь!

Он поджимает губы, становясь солдатом, выполняющим приказ.

— Я ничего не скрываю, — его голос становится жёстче. — У людей бывают периоды, когда они не хотят общения. Может, он просто устал от всей этой истории.

Его слова должны ранить, но они лишь подтверждают мою правоту. Он лжет. Лжет так же неумело, как Марат, когда пытался скрыть от меня новые порезы, шрамы от пуль или правду о том, куда и зачем он уезжал.

— Я не верю тебе, — шепчу, с поступающими к глазам слезами. — С ним что-то случилось. Что-то страшное. Скажи мне. Я его жена! Я ношу его ребёнка! Я имею право знать, жив ли он! Скажи мне правду, Игорь, умоляю!

Игорь смотрит на меня долгим, тяжёлым взглядом. В его глазах мелькает что-то, чего я не понимаю. Раздражение? Сожаление? Нерешительность?

Вся моя гордость, вся обида — всё исчезло, остался только животный, всепоглощающий страх.

— Олеся… — он тяжело вздыхает. — Не лезь не в своё дело. Тебе же будет только хуже. Иногда незнание — это лучше.

— Ты не уйдёшь, пока не скажешь мне правду. Дай мне номер его родителей. Его матери. Я позвоню ей сама.

Он шумно выдыхает. Трет переносицу. Он знает об отношении его семьи ко мне. Знает, что они так и не приняли меня. Терпели на семейных праздниках только из-за Марата. Но сейчас мне все равно. Мне нужно знать где мой муж. Нужно услышать его голос. Я хочу знать, что с ним все хорошо.

— И что ты ей скажешь, Олеся? — жестко спрашивает. — Что её сын, образцовый офицер и успешный бизнесмен, пропал? Она тебе не поверит. Она тебя даже на порог не пустит. Ты для них — никто. Уже месяц как никто.

От его слов становится физически больно, будто он плюёт мне в душу.

— Тогда позвони ему. Прямо сейчас. При мне. Я должна услышать его голос. Всего одно слово. Что он жив. И я… я отстану. Обещаю.

Я смотрю на него, умоляя, требуя, вся превращаясь в один сплошной нерв. Я вижу, как его челюсть напрягается. Он ненадолго задумывается, оценивая ситуацию. Потом, с видом человека, выполняющего неприятную обязанность, он достаёт телефон, пролистывает контакты и нажимает на вызов, включая громкую связь.

Сердце колотится в бешеном ритме. Один гудок. Второй. Пятый. Десятый. Никто не берёт трубку. Та же мёртвая тишина, что сводила меня с ума все эти недели.

— Видишь? — Игорь раздражённо сбрасывает вызов. — Не берёт. Занят.

— Это ничего не доказывает! — почти кричу, чувствуя, как щеки разъедает соленая влага. — Это доказывает только то, что он не берёт трубку! Ты знаешь, где он! Я вижу это по твоим глазам! Почему ты мне лжешь?!

Я часто дышу, всхлипывая в рыданиях, которые меня разъедают на части. Сейчас я действительно ощущаю себя глупой девчонкой, которая по своей настырности лишилась самого дорогого в жизни.

Взгляд Игоря меняется.

— Хорошо! Хочешь правды? — цедит сквозь зубы. — У него есть другая. Они были вместе ещё тогда, когда ты играла в счастливую жену. А сейчас, когда ты сбежала, устроив истерику, у них всё серьёзно. Он с ней. Он с ней и не хочет тебя видеть, слышать, знать о твоём существовании! Он был и остался мразью. Просто ты слишком долго отказывалась это видеть.