Книга Папа в 50. Его тайные наследники, страница 40 – Елена Попова

Возвращаюсь на свое рабочее место, втягиваю носом воздух, пропитанный ее духами, встаю с кресла, распахиваю окно, чтобы все здесь проветрить, и наконец-то возвращаюсь к делам.

Работы очень много, но мне сложно сосредоточиться на документах, так как жду важных новостей. Мне должны позвонить из клиники, после чего я сразу отправлюсь туда за результатом анализа ДНК, а еще я попросил одного своего приятеля узнать подробности о Карине.

Я не верю ее рассказам о том, что она была вынуждена улететь на заработки в Дубай, а детей пришлось оставить с сестрой, которая в итоге каким-то образом лишила ее прав.

Я недостаточно хорошо успел изучить Диану Алексеевну, но не раз видел, с какой заботой она относится к детям. Никогда бы не подумал, что они ей неродные. В первый раз увидел их в бухгалтерии, второй – рядом с рестораном, где у меня проходило мероприятие, а она шла с детьми из детского центра.

С виду прекрасная мать, у нее счастливые дети. Да и не похожа она на ту, какой ее описывала Карина.

Скорее сама Карина выглядит пустоголовой девицей, которая хочет всех обвести вокруг пальца, но делает это непрофессионально, если мягко сказать.

После ее слов о том, что у меня есть сыновья, информация о ее жизни меня уже мало интересовала. В голове пульсировала только одна мысль: те мальчики, сыновья Дианы Алексеевны, мои дети?

Когда отошел от шока и все как следует проанализировал, понял, что вся история Карины выглядит весьма неправдоподобно. Поэтому нужно все тщательно проверить и выяснить, что из ее слов является правдой, а что ложью. Очень надеюсь, что она не солгала о том, что родила от меня.

После того, как узнал, что, возможно, у меня есть два сына, не могу спать, есть, работать. Все мысли о детях. Мне не терпится увидеть их, обнять. Да и вообще у меня столько планов сразу возникло. Если я действительно их отец, то и моя, и их жизнь вскоре очень круто изменится.

Стараюсь гнать от себя все планы на этих детей, так как пока что нет официального подтверждения нашего родства, но перед глазами невольно появляются картинки, как я провожу с ними время. И эти картинки мне очень нравятся. Я сделаю их самыми счастливыми людьми на свете. Они ни в чем не будут нуждаться. Им всего по пять лет, и у нас есть все шансы наверстать упущенное.

На телефон приходит сообщение, и я молниеносно хватаю его в надежде на то, что меня приглашают в клинику за результатами.

«Александр Юрьевич, доброе утро! – пишет Диана Алексеевна. –Мне нужно с вами встретиться. Это срочно».

* * *

Через час вхожу в кафе, в котором меня уже ждет бухгалтер, иду к дальнему столику и сажусь напротив нее.

— Я вас внимательно слушаю.

Она молча протягивает мне телефон.

— Снимите с паузы видео, – кивает на экран.

— Что это? – хмуро смотрю на нее.

— Откровения моей сестры. Думаю, вы должны знать правду.

Смотрю видеозапись, на которой Карина признается в том, что сама лично бросила детей, и чувствую, как с каждой секундой внутри все сильнее разгорается пожар.

Я был прав, когда предположил, что она улетела в Дубай вовсе не на заработки, но этот момент не так важен по сравнению с тем, что она не стала говорить мне о беременности, потому что не хотела, чтобы у детей был отец-инвалид.

Наглость этой самоуверенной Карины вышла за все рамки. Получается, Диана Алексеевна всю жизнь заботилась о младшей сестре, затем – о ее сыновьях, заменила им мать, а теперь эта кукушка хочет жить со мной и детьми под одной крышей? Серьезно?