Книга На кого ты меня променял?, страница 12 – Амелия Борн

То самое выражение исчезло, заменившись ледяной маской, в которой сквозили даже нотки угрозы.

— Ты так ловко стал обсирать собственную жену, что у меня возник закономерный вопрос: зачем тогда был с ней рядом, если она настолько плоха?

Сахин облизнул пересохшие губы. Надо было сворачивать эту беседу во что-то лайтовое. Он ведь знал Роберта — тот покипит-покипит и сбавит обороты. А когда все забудется, можно будет с ним говорить уже более предметно. И возвращаться на фирму.

— Аня — удобная жена. И да, это не отменяет того момента, что в постели она мягко говоря не особо хороша…

Артем замолчал, когда увидел окорачивающий жест Роба, которым он заставил его умолкнуть. Выглядело это примерно так: заткнись или получишь. С Лаврентьевым воевать Сахину было не с руки, поэтому он предпочел сцепить зубы, но тему Ани не продолжать. По крайней мере, той ее части, которая касалась сексуальных утех.

— Итак, у тебя удобная жена и ты держишь ее рядом, параллельно потрахивая не только каких-то шлюх, но и тещу, — спокойно проговорил Роб, глядя на Тему так, будто последний был на допросе.

— Роберт, я виноват в том, что мне захотелось драйва. И в том, что мы с Ди использовали для получения острых эмоций твой кабинет. Да еще и не стали запираться. У меня все очень грустно в горизонтальных отношениях с женой…

Нет, все же удержаться от того, чтобы это повторить, не вышло. Но на этот раз Лаврентьев его останавливать не стал. И Сахин продолжил:

— Диана делает это прежде всего для меня. Таких эмоций, как с ней, я не испытываю ни с кем другим, Роб.

Он увидел, как Лаврентьев скривился. Что ж, пусть выражает свое отношение к этому как угодно — Артему плевать. Они еще и не такое обсуждали, правда, это касалось просто проходных отношений с малозначимыми девицами, и закончилось уже давно, когда оба повзрослели. Роб — раньше, Сахин — чуть позднее.

— Это все просто прекрасно, — мрачно проговорил Лаврентьев. — Но не отменяет того факта, что я тебя все же увольняю. И нет, не из-за сраной бабы, как ты изволил выразиться. А из-за корпоративной этики… Эти два слова тебе известны, Артемий?

Сахин ненавидел, когда его называли этим именем, которое к нему не имело никакого отношения. Но он понимал, что Роб это делал преднамеренно. Чтобы задеть и получить какую-то реакцию.

Хрен ему, а не повод вытурить Артема прочь со скандалом. Сейчас самым правильным будет просто отойти и на все согласиться, а потом выждать и вернуться. Благо, в этой фирме у него еще остались недоделанные дела.

— Известны, Лаврентьев, — не остался в долгу Тема, поднимаясь из-за стола. — Поэтому я даже спорить не буду с биг-боссом.

Изобразив шутовской поклон, он направился к выходу. Роберт ожидаемо не стал его останавливать, да и Сахину было чем заняться.

В тот момент, когда он вышел из кабинета Лаврентьева, ему на телефон пришло сообщение от Дианы:

«Приезжай, я заперла Аньку в ванной. Будем говорить».

* * *

Я ударяла и ударяла в равнодушную дверь то руками, то ногами, но ничего не происходило. Дубовое цельное полотно оставалось безучастным ко всему, что я с ним делала. А ручка, которую я дергала изо всех сил, не издала даже жалобного скрипа. О том, чтобы она поддалась моим безуспешным попыткам ее отломать не шло и речи.