Книга Босс с видом на море, страница 23 – Матильда Старр

— Хорошо, — сказала я самым ледяным тоном, на какой только была способна, — будем считать, что я сама нарушила договоренность. Да, именно так и было.

Он смотрел на меня и, кажется, вообще переставал что-то понимать.

Честно говоря, я сама уже ничего не понимала.

В моей голове царил полный хаос из злости, обиды, стыда и еще чего-то, чему я отказывалась давать название. Единственное, что я осознавала с кристальной ясностью: он находился в гостиной уже добрых минут десять, стоял в паре метров от меня и не сделал ни единой попытки стать ближе. Не подошел, не обнял, не прижал к себе крепко-крепко… Вообще никак не обозначил, что между нами что-то изменилось, это эта ночь что-то значила.

А может, и не значила?.. От этой мысли внутри все оборвалось.

Босс явно был не в курсе той бури, что бушевала у меня на душе. Да и как бы он догадался? Я сохраняла ледяной и независимый вид. Он лишь устало покачал головой.

— Через два часа ужин в вип-зале. Шеф-повар приготовит рыбу, которую мы наловили. Павел и Лидия будут. Но если ты не в духе, — он сделал короткую паузу, — если не хочешь идти, я скажу им, что ты приболела… А рыбу принесу сюда, что скажешь?

Я только усмехнулась.

— Ага. И они тут же решат, что ты отвратительный муж. Жена заболела, а он по ресторанам шастает. Твоя фирма не получит контракт, а я в итоге останусь виноватой. Ну уж нет. Я пойду…

Я развернулась и направилась в свою спальню. Спина прямая, подбородок вздернут. Сколько он сказал? Два часа? Хватит времени на то, чтобы немного поплакать (без фанатизма, чтобы глаза не покраснели) и потом привести себя в порядок.

Ужин был великолепный. Вот честно — великолепный. Мужчины наловили каких-то экзотических рыб, названий которых я не запомнила, а шеф-повар сотворил с ними что-то невероятное.

Павел Громов выглядел ужасно гордым собой и своим уловом. Он в красках расписывал, как они вываживали какого-то особенно крупного тунца, а Александр Юрьевич поддакивал и время от времени вставлял короткие, но смешные комментарии — Лидия хохотала.

Я сидела рядом со своим «мужем», улыбалась, поддерживала беседу, задавала какие-то вопросы о рыбалке — в общем, вела себя прилично и не посрамила «супруга».

Когда мы наконец распрощались с Громовыми и двинулись по извилистой дорожке к нашему люксу, у меня болели скулы от принужденной улыбки. Вечерний воздух был густым и сладким, где-то стрекотали цикады, под ногами шуршал гравий. Мы шли молча, и это молчание было почти невыносимо тяжелым…

— Слушай, — заговорил Александр, когда мы уже почти подходили к домику, — может, все-таки объяснишь мне, в чем дело? Что произошло?

Я резко остановилась и повернулась к нему.

— Если для тебя ничего особенного не произошло, что я могу поделать?

Он хотел что-то сказать, но я уже открыла дверь номера, вошла внутрь и направилась прямиком к своей спальне — уйти, закрыться, спрятаться. Но не успела.

Его рука мягко, но крепко сомкнулась на моем запястье.

— Нет уж, — сказал он, и голос его звучал совсем близко, прямо над ухом. — Давай поговорим. Я уже понял, что в чем-то виноват. Но лучше будет, если ты мне все-таки объяснишь, в чем именно. Потому что я, честно говоря, теряюсь в догадках.

Я уже хотела сказать: «Ни в чем» или «Все нормально!» Потому что объяснять, что меня задело на самом деле было как-то… трудно и болезненно. Спрятаться от всего этого в своей комнате — пожалуй, куда проще. Но потом сделала над собой усилие и сказала честно.