Книга Сосед с прицепом, страница 77 – Анна Мишина

— Привет, дорогой, — тихо говорит ему Надя, а я могу лишь читать это по губам.

Целует его в щеку.

Чуть смещаю взгляд и натыкаюсь на Егора. Киваю, потому что сам прекрасно понимаю, что он думает по этому поводу. Дети не нужны родной матери. А тут…

— Че застыл? — доносится голос Жени.

Она толкает локтем Марка в бок. Пацан недовольно морщится. Поджимает губы. Он явно недоволен, что Надя уделяет внимание чужому ребенку. Но я не разделяю его настроения. Пацан жуткий эгоист.

— Отомри, — шикает на него Женька.

— Жень, — одергиваю ее.

Не хватало, чтобы мальчишка психанул и удрал к себе. Тогда и Надя уйдет. А я этого не хочу.

— Ну что, давайте за стол, — приглашает Наташа.

И народ начинает рассаживаться. Давно у нас не было столько гостей. Но я доволен. Мне нравится эта компания. Думские мне как вторая родня.

Девушки раскладывают горячее по тарелкам. Женька сверлит взглядом притихшего и недовольного Марка. Мишка что-то говорит Наде, и она его внимательно слушает, пока передает тарелки Наташе.

А я как счастливый дурак наблюдаю за всем этим со стороны. Я практически обездвижен. И начинаю находить в этом плюсы. Разве что по-человечески не могу поухаживать за Надей. Ну какой из меня сейчас герой-любовник? Так, его жалкая пародия.

Завязывается разговор. Егор с Наташей рассказывают, как встретили с детворой Новый год. Женька что-то от себя добавляет. Мишка смеется, вспоминая смешной эпизод. Полина лезет в тарелку к Мише. И тот делится с ней своей едой. Джентльмен.

Пока болтаем, из-за стола выскальзывает Марк. Женька тут же за ним. Скрываются в коридоре. Даю пару минут, чтобы детвора вернулась. Но обратно они не идут. И это замечает Надя. Я осторожно, насколько это вообще возможно, выхожу и иду следом. Прислушиваюсь. Голоса доносятся из комнаты дочери.

— Ну, или ты так и будешь бегать к своему папочке чуть что? — слышу голос дочери и замираю, вслушиваясь в разговор детей.

— Нет, — резко отвечает Марк. — К отцу больше ни ногой, — выдает он.

— Тогда нам надо, чтобы мой папа и твоя мама сошлись, — выдает умозаключение Женя, а у меня от удивления глаза на лоб готовы вылезти.

Что?

— С чего бы это?

— А с того. Даже если ты против, я не советую мешать взрослым, — фыркает Женька.

— Это моя мама, — раздраженно говорит Марк.

— И что? И что, что она твоя мама? — с издевкой. — Ты ее бросил, убежав с папашей. А ты подумал о маме? О том, как она переживала? — говорит Женя так по-взрослому, что я уже не уверен, кто ведет себя мудрее: я или моя дочь. — Ты думал только о себе. Марик-кошмарик, — дразнит.

— Вам что, своей мало? — злится.

— А мы своей маме не нужны. Она нас променяла на новую жизнь, — зло выдает дочь. — А Мишке твоя мама очень нравится. Ему не хватает мамы. А ты своей не дорожишь.

— Это ничего не меняет.

— Я тебя хочу предупредить. Если ты будешь нудить, мешать твоей маме самой решать, кто ей нужен и как ей жить, то я тебе кабину снесу. Усек? — звучит угрожающе.

— Кабину? — слышу рядом женский голос и резко оборачиваюсь, ударяясь с Надей лбами.

— Тш-ш-ш, — шипит она, сморщив нос и потирая ушиб.

— И давно ты тут? — шепотом спрашиваю ее.

— Вот про кабину не поняла. Это она о чем?

Прикладываю палец к ее губам, потому что за дверью комнаты Жени послышалась возня, и я, насколько хватило ловкости и сноровки, подхватив костыли, утянул Надю в комнату Миши. Закрыл за нами дверь точно в тот момент, когда открылась дверь комнаты напротив.