Книга Мама в подарок, страница 92 – Талия Осова

— У меня было два соседа в подозреваемых и Бойко — один из них. Мы не особо пересекались, его хозяйство специализируется, вообще-то, на мясном животноводстве. У них отличный забойный цех, мы пару раз выбраковку к ним возили, — задумчиво проговорил, погружаясь в свои мысли.

— Тогда нужно знать, есть ли у тебя с ним какие-то точки соприкосновения, о которых ты забыл или не знаешь, — дал ещё один дельный совет Леонид.

Что бы я без него делал? Сам бы точно проморгал бы момент, упустил время и потерял хозяйство... Здесь одним коньяком явно не обойдёшься... Были времена, когда мы с Лёнькой вместе креативили, а сейчас мои мозги заточены совсем на другое.

Единственным существенным просчётом была полная потеря связи с началом операции. Встреча с Алиной и передача сообщения оказались под строжайшим запретом, во имя её же безопасности. Я изнывал от тревоги, лишь надеясь на её благоразумие… Сообщение с предупреждением разослали всем деревенским...

Кто мог предположить, что любимая сорвётся ночью к нашему дому, в самое пекло? Слава богу, ребята успели перехватить ту сволочь, что преградила ей путь, а Вовка уговорил вернуться. Правда, Уваров-младший так и не признался, что успел рассказать Алине.

Как только выяснилось предательство Долговой, Полинку сразу отправил на несколько дней к Уваровым. Под крылом заботливой супруги Сергея и в окружении его дочерей ей будет весело и беззаботно, а мне – хоть немного спокойнее. Строго наказал дочери хранить молчание, никому не открывать причину её внезапного переезда.

— Пап, это будет наша тайна или секрет? – дочка смотрела на меня снизу вверх, с предвкушением в глазах. – А потом Алине можно будет рассказать?

— Полюшка, это будет нашим секретом, – подчеркнул я, стараясь говорить мягко, но твёрдо. – А когда всё уладится, я сам всё расскажу Алине. Пообещай мне молчать, – добавил я, слегка надавив авторитетом. – Это очень важно.

Я знал, что при желании дочь умеет хранить секреты, хотя тайны были её маленькой слабостью, искушением, перед которым ей порой было трудно устоять. Слишком живо ещё было в ней детское очарование, слишком сильна вера в сказки и волшебные истории, где тайны – это всегда предвестники чего-то удивительного.

Сердце сжалось от необходимости обременять ребёнка подобным грузом, но другого выхода я не видел. Доверие – хрупкая вещь, особенно когда речь идёт о вопросах жизни и смерти.

Теперь оставалось только ждать и действовать, стараясь минимизировать ущерб от предательства... Я погрузился в работу, надеясь, что занятость поможет отвлечься от тревожных мыслей, роящихся в голове.

Несколько дней тянулись бесконечно долго. Я практически не спал, питался на ходу и жил на кофе. Единственной нитью, связывающей меня с нормальной жизнью, были короткие сообщения от Лёньки и юриста. Рядом были профессионалы, и это немного успокаивало, позволяло хоть ненадолго выдохнуть. Но я знал, что это лишь вре́менное затишье перед бурей. И я должен быть готов к этому, должен защитить самое дорогое, что у меня есть – мою дочь и любимую женщину, родителей и наше имущество...

Подходило время завершения санаторно-курортного отдыха родителей, нужно было забирать их с вокзала утром следующего дня...

— Егор Матвеевич, угрозу локализовали, – отчеканил суровый начальник охраны. – Но я бы не торопился снимать группу прикрытия. Юрист сам подготовит документы в суд, парни уже дали показания.