Книга Мама в подарок, страница 85 – Талия Осова

Растерянно оглядевшись, я поняла, что делать здесь мне больше нечего. Чувствую себя неловко и понимаю, что от меня ничего не зависит. Может, действительно, не сто́ит торопиться прояснить ситуацию. Я решил последовать совету Владимира и отправиться домой.

— И чего, спрашивается, я подорвалась? Какая бешеная блоха меня укусила? Понадобилось, видите ли, под покровом ночи что-то там выяснять, — ворчала, не умолкая всю дорогу до дома. - Сама чуть ли не влипла по самое не хочу, прости господи, Мата Хари недоделанная. Этот залётный хмырь с бандитской рожей и то... плату с меня не деньгами пытался содрать. Кому расскажи – животы надорвут со смеху. Чудом штаны сухими сохранила, а уж натерпелась как – врагу не пожелаешь...

Жалко только, что про Полину ничего не узнала... Но ведь ребёнка никто не бросит без присмотра или в беде? Егор точно этого не допустит.

До дома добралась гораздо быстрее, чем ехала к Баевым — словно на крыльях неслась. Запоры проверила дважды, с маниакальным упорством.

Думала, что все переживания приведут к бессоннице. Однако уснула мгновенно, словно кто-то безжалостно щёлкнул выключателем внутри меня, оборвав нить реальности. Такой стремительной капитуляции от себя не ожидала…

«Хватит, учёная теперь... Нужно хоть иногда внимать голосу разума или хотя бы советам, если своих мозгов не хватает», —промелькнуло раздражённым шёпотом в сознании, уводя в непроглядную тьму сна.

Но сон не принёс желанного облегчения. Образы прошлого, словно назойливые мотыльки, кружили вокруг обрывков сновидений. Лица, ситуации, давно забытые фразы — всё сплелось в причудливый калейдоскоп, не давая укрыться от гнетущей правды. Даже во сне я бежала от себя, от тех ошибок, что совершила, от тех решений, что приняла.

И среди всего этого хаоса пробивался один навязчивый мотив — предостережение...

Вот такой вариант бандитской наружности выдал мне ИИ

Постепенно зарево на востоке становилось ярче, вытесняя синеву ночи. Появились первые оттенки рассвета: нежные розоватые и лавандовые полосы, которые, словно робкие лучи, пробиваются сквозь мрак. Горизонт начинал светиться изнутри, словно раскалённый уголёк под слоем пепла.

Солнце сегодня поднимается медленно, неохотно, словно опасаясь потревожить зимний сон природы. Сначала — тонкая, ярко-оранжевая полоска, которая с каждой минутой растёт и расширяется. Затем — край огненного диска, вспыхивающий, как золото, на фоне морозного неба.

Когда оно окончательно проявилось в зыбком полумраке утра, сон как рукой сняло. Словно сбрасывая с себя оковы ночных кошмаров, я окунулась в живую суету деревенских забот. Здесь, где печное тепло — сама жизнь, без дела не засидишься, да и зверь мой скучать не давал. Котёнок требовал внимания и заботы. Тем более, хлопоты, словно спасительная буря, отгоняли серые тени безрадостных дум…

Егор стоял на моём пороге и крепко держал Полину за руку, а моё сердце заколотилось в груди, словно пойманная птица.

«Живы! Слава богу, живы»,— пронеслась мысль галопом.

После почти двух суток молчания и терзающих сомнений, я стояла перед ними слегка пришибленная, с тенью усталости в глубине глаз.

Егор смотрел на меня, словно заворожённый, не решаясь прервать хрупкую тишину первым шагом. Горечь недавней разлуки и страх перед новой болью, казалось, сковали его движения невидимыми цепями. Лишь малышка, затаив дыхание, наблюдала за нами, с каким-то нетерпеливым предвкушением переводя взгляд с отца на меня, словно ожидая какой-то развязки, пока мне непонятной и от этого волнующей.