Книга Мама в подарок, страница 52 – Талия Осова

В окне что-то промелькнуло. Кто-то был в моём дворе. Но кто это мог быть в такую рань?

Я только проснулась и ещё не успела привести себя в порядок. Накинула куртку и направилась на улицу. Замерла на пороге, словно оленёнок, внезапно выскочивший на опушку. Утренний морозный воздух обжёг щёки, но я почти не почувствовала холода. Всё внимание было приковано к Егору, который, сутулясь, размахивал лопатой, отбрасывая в сторону искрящийся на утреннем солнце снег. Его движения, казалось, были наполнены каким-то особенным, притягательным ритмом.

Сердце заполошно забилось в груди, как птица, пойманная в клетку. Смешанное чувство удивления и какой-то робкой, нарастающей радости волной окатило меня. Егор… у меня во дворе… чистит снег. Сам. Без просьбы... Этот простой поступок, полный заботы и внимания, тронул до глубины души.

— Егор, что ты здесь делаешь?! А где Полина? Неужели ты оставил ребёнка одного? – возмущение прорвалось наружу.

Чувствовала, как к щекам приливает глухой румянец. Мне вдруг стало неуютно в старой пижаме и с растрёпанными волосами. Хотелось выглядеть идеально, прямо сейчас, чтобы произвести на него впечатление. Глупое, совершенно детское желание.

— Здравствуй, Алина! – Егор одарил своей фирменной, лучистой улыбкой. – Плохо же ты обо мне думаешь, – произнёс он с лёгким укором в голосе. – Сегодня няня приехала. Она заодно подменит Таисию Ивановну, пока та на больничном. А снег мне не тяжело, почищу. Печь у твоей соседки почти протопил, осталось уголь засыпать – и я свободен.

Вдруг нахлынуло ощущение, то самое волнующее предчувствие, которое бывает, когда надеешься на что-то большее, чем просто дружба. Смогу ли когда-нибудь сказать ему о своих чувствах? Или хотя бы намекнуть? Страх и робкая надежда переплелись в моей душе в причудливый узор.

— Здравствуй, Егор. Прости, что сразу накинулась, – смутилась, осознав поспешность своих слов. – Может, зайдёшь тогда горячего чаю выпить?

— Не откажусь. Ты за дровами вышла? – смогла лишь кивнуть, продолжая стоять. - Мне здесь всего два метра проезда осталось расчистить, — активней принялся за работу.

Ноги словно приросли к месту. Я не двигалась, наблюдая за Егором, пока он не поднял голову и не заметил меня.

— Алина, иди в дом, продрогнешь. Я дрова занесу.

Его улыбка осветила лицо, и я почувствовала, как все мои внутренние барьеры немного ослабевают. Возможно, всё не так уж и страшно. Возможно, это начало чего-то особенного. Возможно…

— Тогда пойду поставлю чайник, а ты заходи, как освободишься, — сказала и направилась в дом, чувствуя, как напряжение последних минут отступает.

Быстро поставила чайник и метнулась приводить себя в божеский вид. «Это же надо было показать себя во всей красе», — досадливый вздох сорвался с губ.

В доме царила утренняя прохлада, заставляя кутаться в тепло домашней одежды. Апельсин, рыжий комок настойчивости, требовал свою законную порцию корма. Попробуй только задержись – не миновать кошачьего бунта.

Из недр буфета извлекла варенье в хрустальной розетке, конфеты и рассыпчатое печенье. Нож ловко нарезал тонкие ломтики сыра и буженины, которые тут же отправились в лепёшки. Две минуты в микроволновке – и готов быстрый, сытный перекус. Достала мясную и сырную нарезку, порезала свежие огурчики и выложила зелень. Конфеты для Егора – как-то несолидно. Мужчина работал физически, поэтому следует подать что-нибудь посущественнее.