Книга Не (его) игрушка, страница 41 – Кэти Свит

— Настя, — рычит сквозь стиснутые зубы. — Скажи, что этот мудила тебя даже пальцем не тронул!

Желваки ходят ходуном, темные глаза наполнены агонией. Одно мое слово и от Михаила не останется мокрого следа.

Меня трясет. Габриель замер на месте. От него исходит такая сильная ярость, что она банально сбивает с ног!

— Он хотел. — шепчу еле слышно, не свожу с него взгляда. Каждое слово, как пуля, что летит прямо в цель. — Я не позволила.

Мужчина превращается в камень. Тяжёлый взгляд прожигает дыру в центре груди. Мне становится страшно. Но не за себя. За Михаила.

Габриель ему никогда не простит скотского отношения ко мне. Теперь я это точно знаю.

Он резко разворачивается, размахивается и со всей силы впечатывает в стену кулак. Я подпрыгиваю со стула.

Сердце подскакивает к горлу, перекрывает кислород. Оно больно ударяется о ребра. Мне трудно дышать.

Габриель колотит стену. Смотрю на его агонию и у меня банально нет слов.

На глазах слезы.

Снова перед взором всплывает момент из нашего прошлого… Их противостояние с Дэниелем. Ненависть брата. Стойкость, с которой Габриель ее перенес.

Ради меня.

Медленно и осторожно делаю несколько шагов в его сторону. Душа кровоточит, внутри всё болит.

На стене появляются красные пятна. Мужчина разбил костяшки на руках до крови.

Я не могу равнодушно смотреть, как он себя истязает! Это выше меня!

— Габриель, — произношу еле слышно. Ответом мне служит тишина. И глухие удары о стену.

Его разрывает от ненависти к самому себе. Ах, как же мне плохо! Я не могу видеть как он мучает себя…

— Габриель! — более громко. Останавливается. Прекращает удары. Я делаю судорожный глубокий вдох.

Мужчина так и стоит ко мне спиной. Он не собирается поворачиваться.

Я делаю несколько нерешительных шагов в его сторону. Каждый шаг, словно пропасть. Каждый миг, словно вечность.

Подхожу едва ли ни вплотную. Встаю.

Между нами остаётся совсем небольшое расстояние. Я чувствую жар его тела. Он — моего. Мы оба застыли.

Проходит минута. Воздух вокруг по-прежнему накален. Габриель сокрушен, а я полнейшей растерянности. Но никто из нас не делает движение первым.

Я сдаюсь.

Приподнимаю руку, подношу к опущенным плечам мужчины, хочу опустить и… не решаюсь. Замираю в миллиметре от него.

Подвинься чуть-чуть. Подайся назад. И наши тела соприкоснутся. Помоги мне!

Но Габриель замер. И я замерла.

Делаю вдох. Чувствую, как ему плохо. Утешить бы… Хоть понимаю, что не должна.

Желания живут сами по себе. За них я не отвечаю. Просто очень сильно хочу!

Опускаю руку. Касаюсь его. Вкладываю всю нежность в это прикосновение. Габриель вздрагивает, снова застывает. Молчит.

Я пытаюсь подобрать нужные слова, но банально не знаю что ему нужно услышать. Что Михаил третировал меня из-за отказа с ним переспать и из-за невозможности уволить? Вынуждал меня психануть и уйти самой.

Боюсь, после этого Габриеля я не увижу. Он сорвётся и прямо отсюда поедет к моему шефу. Уничтожит его. Прямо посреди рабочего кабинета.

Этого нельзя допустить!

— Габриель, — робко к нему обращаюсь. Он снова вздрагивает. Мой гордый мужественный лев. — Со мной все будет в порядке. С малышом тоже. — продолжает молчать. — Пожалуйста, не надо замыкаться. Ты очень сильно пугаешь нас.

Мужчина резко разворачивается, раскрывает объятия, прижимает к себе. У меня трещат ребра, так сильно он сжимает руки.