Книга Мой сводный Б.Е. С, страница 49 – Кэти Свит

— Это кто? – спрашиваю у Кошкиной.

— Баба Маша, – равнодушно пожимает плечами.

— И только? – никак не пойму. Где я ее видел?

— Ага, – кивает с лучезарной улыбкой на губах.

Скрывает от меня что-то заноза моя. Вон, как довольна! Ну ничего, вот поужинаем у «бабы Маши», а после поговорим. И прокатимся. До ВанькА.

Я словно окунулся в далёкое детство. Ужин у старой соседки Дины напомнил о том, что я так старательно пытался забыть.

Старая мебель, ещё советского времени, пожелтевшие обои, отобранные кошкой в некоторых местах, и стерильная чистота. Несмотря на обветшание и убогость обстановки вокруг, в квартире царит идеальный порядок.

— Проходите, не стесняйтесь, – произносит гостеприимная соседка. – Присаживайтесь за стол.

Стоит только опуститься на стул, как перед нами опускаются тарелки с вареной картошкой, активно посыпанной жареным луком. На столе стоит тарелка с нарезанной селёдкой. Рыба сверху полита маслом и укрыта шапкой из резаного лука.

— Баб Маш, очень вкусно, – уплетая за обе щеки говорит Дина.

— Кушай, моя хорошая, – довольно мурлыкает старушка. – Кушай, – улыбается. – Лучок свой, с огорода. Где ты в городе ещё такой поешь.

Бабулька бросает на меня строгий взгляд. Под ним я сам тут же принимаюсь за еду.

Кладу в рот варёную картошку и обалдеваю. Вроде нет ничего проще, а вкусно-то как!

— Ну, милок, куда дальше планируешь податься? – впивается в меня внимательным взглядом старушенция. А я все кручу в голове ее образ и никак не могу вспомнить, где мы встречались. Пытаюсь понять, почему она не признает нашего знакомства. Ведь она в курсе, кто я. В этом сомнения нет.

— В город поеду, – произношу равнодушно. – Надо ж Дину кому-то охранять, – усмехаюсь.

— Я справляюсь сама, – недовольно бурчит Дина.

— Ну-ну, – кривлю губы. Сама она справляется. Как же!

— К отцу жить не вернёшься? – щурит глаза.

— Нет, – отрезаю жёстко. Бабуленция смотрит на меня изучающе.

— Даже, когда закончатся деньги? – продолжает допрос.

— С чего им заканчиваться? – удивляюсь. – Я на отцовское бабло не живу и жить не планирую. Зарабатываю и обеспечиваю свою жизнь сам.

— Это я знаю, – отмахивается. – Как и то, что твоя финансовая независимость может прекратиться в любой момент.

Разговор с соседкой Дины вышел крайне странный. Такое впечатление, что она знает гораздо больше, чем говорит и это напрягает. Я не люблю иметь дело с теми людьми, которые про меня знают больше, чем я про них.

— Женя, ты меня прости, – извиняется Дина, когда мы возвращаемся в ее квартиру. – Я накричала на тебя.

— Забей, – отмахиваюсь. – Лучше погнали со мной, – показываю на ключи от байка в руках.

— Я устала, – признается честно.

— Ляжешь спать? – задаю в лоб вопрос.

— Хотелось бы, – поджимает губы. – Только ты можешь не уходить? – просит несмело. – Мне страшно.

— Не уйду, – заверяю ее разуваясь. Прохожу в комнату. – Я не оставлю тебя одну.

Мой отец ищет Дину. Его люди переворачивают город вверх дном. Стоит девчонке выйти за пределы квартиры, так её тут же отыщут.

Здесь не найдут. Сюда даже никто не сунется. Ведь официально, мать Дины продала всю имеющуюся у себя недвижимость и потратила деньги на свадебное платье. Она решила, что это важнее, чем оставить детям наследство.

О продаже квартиры я узнал совершенно случайно. Пришлось подключать Яра Ольховского, чтобы успеть купить ее на подставных людей.