Книга Зимняя сказка. Забава для близнецов, страница 29 – Кэти Свит

Приходится задержать дыхание, чтобы не расплакаться.

— Так, малышня! – нарочно задорно к ним обращаюсь. – Вы же поделку делать хотели!

— Да! – отлипают от меня, а мне так хочется вернуть их. И крепко-крепко обнять.

Но я вновь беру себя в руки. Некогда раскисать, для этого у меня будет время позже.

— Так давайте делать! – заявляю. – Папе же нужен подарок на Новый год.

Мы рассаживаемся за столом, принимаемся клеить, затем делаем Машеньке ингаляции, с мультиками, без них ну никак. Потом принимаемся за раскопки, а когда детвора их заканчивает, то на кухне остается полнейший бедлам.

Нахожу самый чистый уголок среди белой крошки, кормлю детей ужином и укладываю спать. Сама борюсь со сном, читая малышам сказку, с трудом, но я оказываюсь сильнее.

Поднимаюсь с кресла, направляюсь на кухню. Нужно же порядок навести.

На часах уже одиннадцать, Марка все нет. Кухонные поверхности сверкают, а я валюсь с ног от усталости.

Мне бы поспать. Жаль, с Марком ранее этого не обговорила, сейчас бы не знала проблем.

Делать нечего, пишу Ермолаеву. Он не отвечает. Мда.

И что делать? Не ложиться же мне на диване в прихожей? А где на втором этаже можно спать, понятия не имею.

Прохожу еще раз по первому этажу. Понимаю, что здесь спать уж точно не стоит. Слишком холодно, неудобно, да и вообще кошмар.

Поднимаюсь, нахожу самую ближнюю спальню к детям. Обхожу ее вокруг. Вроде ничья.

Лягу здесь. И буду надеяться, что Марк будет не против. А если начнет возмущаться, так сам виноват. Отвечать нужно было вовремя!

Голова касается подушки, и я отключаюсь. В последний момент улавливаю запах, очень похожий на тот, каким пахнет от Марка.

Сплю. На все остальное плевать.

Открываю глаза, в доме все тихо. Сквозь щель между стеной и римской шторой пробивается яркий солнечный свет, проглядывается чистое безоблачное небо. На улице должно быть очень холодно.

Справа от меня раздается какой-то шум, поворачиваю голову и теряю дар речи. Рядом спит Марк.

Осторожно, чтобы не потревожить сон хозяина дома, выбираюсь из-под одеяла, оглядываюсь по сторонам в поисках домашних вещей. Я их вчера вечером куда-то повесила, а сейчас не вижу.

— Шикарно выглядишь, – оборачиваюсь на голос. Марк ухмыляясь смотрит на меня. Краснею.

— Отвернись! – прошу в сердцах, пытаюсь натянуть чуть ниже майку, но делаю лишь хуже. Бретелька соскакивает с плеча и оголяет одну грудь. Та бессовестным образом выскакивает на свободу.

— Ой, – пищу, закрывая себя руками. Отворачиваюсь. Пусть смотрит на меня со спины, умник нашелся.

— Второе утро подряд. – Марк подмечает с легкой усмешкой, чем заставляет меня покраснеть еще сильнее. – Смотри, а то в привычку войдет.

У-у-у-ух! Обернулась бы, зыркнула на него грозно. Но, боюсь, опять что-нибудь произойдет. Поэтому решаю игнорировать выпады Марка, так будет вернее всего.

— Ты мою одежду не видел? – спрашиваю спустя пять минут бесполезного поиска в комнате.

— Нет, – отвечает и продолжает хищно улыбаться. Глаза аж блестят. – Куда ты ее положила, помнишь?

— Не помню, – вздыхаю. – Было темно.

— Так уж и быть, помогу тебе, – меняет гнев на милость и вылезает из-под одеяла. – Бр-р-р, – растирает себя руками. – Холодно как, – хмурится.

— Не жарко, – соглашаюсь с мужчиной. Он только что выбрался из теплой кроватки, а я хожу по комнате уже минут пять. Замерзла.