Книга Двойняшки для олигарха, страница 67 – Екатерина Аверина, Кэти Свит

— Не скажу, — упрямо.

Шумно втягиваю ноздрями воздух. Одна стоит и плачет, второй дуется и не желает договариваться, а я между ними сижу в трусах и вообще не понимаю, что делать.

«Ты еще не передумал заводить своих детей?» — ехидно подстебывает внутренний голос.

Тему «своих» детей отодвигаю пока на задний план. Сначала безопасность, потом все остальное.

— Дима, верни сестре планшет, у нее там кот заболеет, тебе не жалко? А если он сдохнет?

— Ыыы… — в голос рыдает Лина.

Дебил, согласен. Просто невыспавшийся и злой немножко. Дети тут при чем? Они не виноваты.

— Нет-нет, малышка. Все будут живы. Честно. Дим, неси сюда эту штуку, я тебе дам телефон на десять минут, чтобы ты нашел то, что нужно.

— Сначала телефон, — торгуется он и протягивает руку.

Где Света, чтоб ее? С Мэтом небось тискается. Мне помощь нужна! По-мо-щь!

— Я не торгуюсь, — улыбаюсь ему. — Либо так, как я сказал, либо ты без планшета и без телевизора на целый день в придачу. Как тебе такой вариант?

— Ладно, — обиженно протягивает сестре планшет.

Ну слава яйцам!

— Молодец. Поступок, достойный уважения, — хвалю Димку. — И сестру не обижай больше. Ты ее защитник и должен оберегать хрупкую девочку всеми силами, а не наоборот. Понял меня?

— А ты маму тоже защищаешь? — спрашивает мальчуган, пока Лина проверяет своего виртуального котика.

— Конечно. Всегда защищал, даже когда мы не виделись, — признаюсь ему.

— А это как? — Дима забывает про обещанный ему телефон и с интересом смотрит на меня.

— Мы не всегда можем быть рядом с теми, кого любим, но если любим по-настоящему, то находим способы и возможности защитить своих близких. Это не всегда получается так, как нам хочется, — говорю скорее для себя. — Но важен результат.

— Но мама в больнице, — напоминает Дима.

— Да… так вышло. Я не все предусмотрел. Так тоже иногда бывает. Но! — важно поднимаю палец вверх. — Сделал это не специально. А ты у сестры отобрал планшет специально. Чувствуешь разницу?

— Чувствую, — кивает умный ребенок.

— Что нужно сделать? — чуть наклоняю голову к плечу.

— Извиниться, — правильно понимает намек.

— Вперед, — киваю ему на сестру.

Димка подходит к ней. Мнется с ноги на ногу. Ишь, гордый какой!

— Лина, извини меня, пожалуйста. Я больше не буду отбирать у тебя планшет, — тараторит, глядя в пол.

— Хорошо, Дима, — вздыхает она. — Если ты попросишь, я не буду жадничать и поделюсь с тобой. Ты же мой братик, — откладывает планшет и умилительно обнимает Димку за шею.

— Так. Раз вы помирились, брысь из моей комнаты, мне надо одеться. И к старшим без стука больше ни ногой. Поняли?

Стоят и теперь вдвоем хлопают на меня ресницами. Переглядываются. Напрягаюсь. У меня даже волосы на руках дыбом встают.

— Ты любишь нашу маму? — спрашивает Лина.

— Оу… — провожу ладонью по волосам. — Очень люблю, — признаюсь им.

— Ты наш папа? — ставит меня в еще больший ступор Дима.

Что я должен на это сказать? Не знаю? Это же дико звучит для ребенка. Странная правда жизни — взрослый мужик, который не знает, папа он или нет. Лгать не хочется. Как правильно объяснить, я никак не соображу.

На помощь приходит довольно улыбающаяся Светка.

— Так, я не поняла, вы чего делаете в спальне дяди Рафа?

Мне не нравится выражение «дядя Раф». Какой я им дядя? Точно нет. Пусть лучше тогда по имени называют, чем дядей. Это противное слово сильно отдаляет нас друг от друга, словно я посторонний. Не хочу так. Я же не посторонний. Я люблю их маму, а значит, как минимум, потенциальный отчим. Нет. Точно не дядя!