Книга Двойня для генерального, страница 38 – Кэти Свит

— Помиримся? — произношу не пряча горькую ухмылку. — Это уж вряд ли.

— Поверь мне, — говорит с непробиваемой твердостью в своих словах. — Вы с Мэтом созданы друг для друга. В конечном итоге вы будете вместе. Он добьётся прощения. Запомни мои слова.

— Раф, хватит умничать, — Юля подходит к своему мужу, берёт его под руку, нежно целует в щёку. — Пойдём к гостям. Она, — кивает в мою сторону, подмигивает. — И без тебя справится. Правда, Свет?

— Угу, — обречённо киваю. Мне б её уверенность!

Единственное, чего хочу сейчас, так это чтобы Матвей исчез и больше никогда не появлялся в моей жизни. Слишком много страданий и горя он уже мне принёс.

И принесёт ещё больше! Он ведь упрямый. Не умеет отступать и всегда добивается своего. Добивается невозможного. Это мы уже проходили ни раз и ни два.

— Надеюсь, я быстро, — говорю тихо. Не нужно, чтобы дети меня услышали и вышли. Пока Матвей их не видел, ещё смогу его спровадить. Если же увидит…

По позвоночнику проступает холодный пот. Стоит только представить, что они встретятся, так тут же становится плохо. Мэт поймёт, что Маруся и Денис его дети. Дениска внешне вылитый отец.

— Удачи тебе, подруга! — шепчет Юля.

— Спасибо, — с благодарностью шепчу в ответ.

Подхожу к двери, открываю. Израненное сердце делает кульбит.

— Здравствуй. Ещё раз, — говорю тихо. Голос подводит. Внутри всё дрожит.

— Привет, — отвечает. Кожей чувствую изучающий взгляд внимательных голубых глаз. Дыхание спирает.

— Зачем пришёл? — спрашиваю без злобы. Я слишком устала и выжата. Эмоций нет. — Мы же по телефону всё решили.

— Я детям подарки принёс, — протягивает два огромных бумажных пакета с логотипом известного детского магазина. — Передашь?

Застываю. Трясусь всем телом. Мне настолько страшно, что не передать словами. Дрожь не унять.

— Не стоит, — не принимаю подарки. — Как мне объяснить от кого они? — всматриваюсь в его лицо. Оно перестало быть суровым и жёстким, каким привыкли все видеть в офисе. Матвей не скрывает своих чувств. Видно, что жалеет. Что виноват.

Меня накрывает смесь странных эмоций. Разумом понимаю, что однажды предавшему верить больше не стоит. Но разве сердце способно услышать, когда его переполняют нежность и ласка? Когда затопляет любовь?

— Можешь представить меня как угодно, — не отрывает от меня своего взгляда. — Мы оба прекрасно знаем кого они будут называть отцом, — говорит строго и властно. Как я отвыкла от такого него… — Явно не того, кого считают сейчас.

— У них нет отца! Никого они так не называют! — выпаливаю на эмоциях, не подумав. Прикусываю язык. Слишком поздно… Матвей щурит глаза.

— Нет отца? — впивается взглядом.

Мне страшно до одури! Хочу спрятаться. Скрыться. Провалиться сквозь землю. Сбежать.

Сделать хоть что-то! Я согласна на всё, лишь бы исчезнуть! Только бы в объектив камеры под именем Матвей не попадать.

— Большое спасибо за подарки, — спешно забираю пакеты. — Скажу, что они от работы, — тараторю. Руки трясутся.

Запираю дверь перед носом удивленного мужчины. Не позволяю ему опомниться. Илларионов меня уничтожит, как только узнает правду. Он возненавидит меня.

Прислоняюсь головой к закрытой двери, закрываю глаза. Пытаюсь восстановить дыхание, но мои попытки проходят впустую. Слишком сильны чувства. Слишком много эмоций. Всего просто слишком и много… Так рядом с Матвеем всегда.