Книга Двойня для генерального, страница 20 – Кэти Свит

— Тогда что он здесь делает? — не унимаюсь. Задаю животрепещущий вопрос.

— Приехал поговорить с тобой, — раздаётся за моей спиной голос того, кто причинил много боли.

Резко оборачиваюсь. На пороге кабинета стоит Матвей. Всё наше прошлое тут же всплывает в памяти, эмоции мощнейшим потоком несутся по венам, уничтожая всё на своём пути. Они словно цунами. Удержаться на ногах и выстоять против их всепоглощающей силы просто невозможно.

Моё сердце уходит в пятки. Подпрыгивает вверх, застревает в горле и перекрывает кислород. Дышать не могу.

Чтобы хоть как-то сохранить своё спокойствие, прикусываю до боли щеку. Мне не нравится реакция своего организма на пришедшего мужчину, но для меня она не подвластна. Держать себя в руках становится тяжело.

За прошедшие годы Илларионов практически не изменился. Он остался таким же серьезным и собранным, не прибавил в весе, не постарел. Выглядит как всегда, просто шикарно. Лишь ледяной взгляд голубых глаз стал ещё холоднее.

А ведь я помню, когда все было иначе. Когда в его взгляде царили любовь и нежность. Помню его улыбку. У меня всегда птицы пели на душе, стоило на себе почувствовать внимание любимого человека.

Матвей тогда ожил рядом со мной. Стал из каменной глыбы живым человеком. Это было прекрасно! Я могла парить на волнах спокойного теплого моря, а не желать закутаться в покрывало. Как сейчас. Когда он превратился не просто в статую. Илларионов стал скульптурой из льда, теперь он источает лишь холод.

При виде мужчины реакция моего тела остаётся неизменной. Борьба разума и неподвластных ему желаний начинается с новой силой. От какофонии чувств не знаю куда бежать.

За все, что сделал Илларионов я хочу его ненавидеть. Всем сердцем! Но не выходит… К своему великому ужасу понимаю, что даже спустя много лет, после предательства, после того, как он меня бросил, я всё равно продолжаю его любить.

И проклинать себя за эту поганую слабость. Потому что противиться испытываемым рядом с Матвеем эмоциям не могу. Потому что они изнутри меня разъедают подобно кислоте. Превращаются из бальзама для души и сердца в сильнейший яд. Уничтожают меня.

Любовь она такая… Что за странное чувство? Затихает на долгие годы, затем снова вырывается из-под контроля и сбивает все настройки. Сокрушает волю. Безвозвратно посылает доводы разума в далёкие страны.

Перекрывает всё. Абсолютно.

— Привет, — произношу пересохшими в один миг губами. Сердце продолжает сборить. Держать себя в руках выходит с трудом, но я упрямо продолжаю свои попытки. Сдаваться нельзя. От этого мне самой будет лишь хуже.

— Здравствуй, — обращается ко мне. Мурашки пробегают по коже, внутри пожар. Становится не по себе.

Хочу убраться отсюда как можно дальше. Сбежать! Исчезнуть! Раствориться! И никогда больше в своей жизни не встречаться с этим человеком.

Но увы и ах. У судьбы на мой счёт, видимо, совершенно другие планы.

— И прощай, — поднимаюсь с кресла, кидаю на Шакирова многозначительный взгляд. Я верю, что он не планировал этой встречи. Только планы его лучшего друга на этот счёт оказались иными. — Позже поговорим. Хорошо?

— Я тебе наберу, — отвечает мне не отрывая внимания от Илларионова.

— Буду ждать, — говорю ему и направляюсь к выходу из кабинета. Остаётся самое сложное, пройти мимо отца своих детей и не захлебнуться от острой боли, что разрывает меня на части.