Книга Без измен. Покорю твое сердце, страница 92 – Кэти Свит

Пластиковая коробочка падает из рук.

Плюсик отчетливо виден.

Мамочки…

На ватных ногах выхожу из уборной, покидаю аптеку и возвращаюсь в автомобиль.

Там меня ждет уже явно взволнованный Слава.

— Тая, что случилось? Ты заболела? Может в больницу? — предлагает, смотря на меня.

Закусывая губы, мотаю головой в разные стороны.

— Не надо в больницу, — произношу, едва узнавая свой голос.

Я в шоке.

— Тогда что? — не понимает.

Руками обхватываю живот и пытаюсь почувствовать сердцебиение крошечного человечка внутри себя.

— Слав, ты можешь позвонить Афанасьеву? Нам срочно нужно к нему на прием, — признаюсь, протягивая Бессонову положительный тест. — Кажется, я беременна.

— Ш-ш-ш, — держа на руках доченьку, приседаю и пытаюсь ее укачать. Животик никак не дает нам покоя.

Алиночка сегодня не спала всю ночь, и я вместе с ней. Успокоилась лишь под утро.

Ни сложная беременность, ни тяжелые роды, ни бессонные ночи не испортили мне жизнь. Я настолько сильно жаждала доченьку, и вон она, рядом.

Слава во всем и всегда поддерживает меня. Он сдувает с нас обеих пылинки и по возможности носит на руках. Обеих.

Не жизнь, а сладкая вата.

— Ш-ш-ш, — приговариваю. — Спи, моя хорошая, — укачиваю.

Малышка закрывает глаза.

— Гав! Р-р-р-гав! — на весь дом разносится радостный вопль.

— Уа-уа, — летит недовольно следом.

Делая глубокий вдох, закатываю глаза.

Нет, ничего мне не испортит настроение!

Сегодня нам три месяца. Мы позвали гостей. Придут самые близкие и дорогие нам люди. Милославские, Аверченко, Афанасьевы, Волковы… Все будут здесь.

— Давай помогу, — предлагает Слава, подходя ко мне.

За своими напевами даже не услышала, как муж вернулся домой и переоделся в чистую одежду.

— Привет, — ласково ему улыбаюсь.

Любимый забирает из моих рук дочку, отправляет меня отдыхать, а сам, взяв дополнительных три подгузника и сменный комплект одежды, уходит из спальни.

Падаю на кровать без задних ног. И тут же отключаюсь.

Просыпаюсь от нежных прикосновений прохладных мягких губ к разнеженной коже. Переворачиваюсь на спину, потягиваюсь.

— Слава, — ласково улыбаюсь сквозь сон.

Чувствую приятную тяжесть мужского тела на себе. По венам вместо крови течет сладость.

— Я соскучился, — прямо у уха раздается горячий шепот. Мурашки по коже бегут.

— А как же Алина, — напоминаю про дочку.

— Она сладко спит, — заверяет, покрывая мою шею огненными поцелуями. — За ней следит няня, не переживай. У нас с тобой еще есть два часа до следующего кормления.

И снова целует.

Слава не просто знает все мои слабые места и тайные точки, но и умело этим пользуется. Опять заставляет забыть обо всем на свете, расслабляет.

Потонув в остром желании, прогибаюсь навстречу, тону в чувствах к нему, в нашей любви, в нежности и страсти.

— Родители! Алина требует еды, — громко стучит в дверь Ваня.

— Буду через две минуты, — кричу, выскакивая из душевой. — Сможешь отвлечь сестренку? — спрашиваю, повышая голос, чтобы сын меня услышал.

— Пфф, — фырчит важно. — Естественно! — отвечает непоколебимо.

— Спасибо, сын! — говорю в ответ.

— С тебя шоколадка, — шутит и убегает.

Я быстро привожу себя в порядок, выхожу из комнаты и направляюсь прямиком в детскую спальню. Там уже младшая Бессонова показывает свой характер, который, к слову, весь в отца, и требует немедленно утолить ее голод.