Книга Случайный папа для близняшек, страница 76 – Кэти Свит

— Нашли, — кивает. — Но не криминал.

— Это радует, — подмечает Вадим. Его голос полон сарказма.

— Поделитесь? — мне интересен ответ.

— Нет, — отрезает. — Но после разговора со мной она даст развод. Без претензий.

— Вы уверены? — прямо сказка какая-то.

— Если бы сомневался, то не говорил, — забирает лежащие на столе документы, возвращает их обратно в сейф.

— Что я буду должен за услугу? — Вадим вновь переводит разговор в деловое русло.

Степанов ухмыляется, смотрит то на него, то на меня. Отпивает уже явно остывший кофе из кружки.

— Ксюшу и дочерей не обижать, — отрезает. Я на мгновение теряю дар речи. Блин! Откуда он знает⁈ Я ж не говорила никому!

— С этим проблем не возникнет. Не переживайте, — спешит заверить Богданов. Сжимает мою руку под столом.

Мирную обстановку разрушает нарастающий в коридоре шум. Громкие голоса, возмущение. Не успеваем среагировать, как дверь в кабинет распахивается и на пороге появляется взъерошенный мужчина.

— В доме пожар! — произносит взволнованно.

— В каком именно? — спокойно спрашивает Мирон Степанович.

— В том, который на особом контроле, — после этих слов обстановка в кабинете резко меняется.

— Сильный? Уже потушили? Проживающих спасли⁈ — Степанов засыпает вопросами подчинённого.

— Подробности ещё не узнал, — говорит извиняющимся тоном.

— Узнавай! Живо! — рявкает. Дверь закрывается в тот же миг. — Поехали! — обращается уже к нам.

— Мирон Степанович, что случилось? — я не понимаю. Вроде всех победили. Осталось что-то ещё?

— Дом, где проживал твой отец с семьёй, подожгли!

Ещё никогда время не тянулось так медленно.Мы мчим на запредельных скоростях по шоссе, а мне кажется, что ползем. Словно улитки.

— Ну же, папа, — прошу, глотая соленые слезы. Вновь нажимаю на кнопку вызова.

Подношу к уху телефон, слушаю длинные гудки, кусаю губы. Звонок обрывается. К сотовому так никто и не подошёл.

Начинаю все сначала. Поочередно обзваниваю маму, папу, няню, соседей. Никто трубку так и не берет.

Вой сирен уже не врезается в уши. Машина сворачивает с трассы на объездную дорогу, меня кидает вбок.

— Держись, — произносит Вадим удерживая меня. — С ними все должно быть в порядке.

— Почему ты так в этом уверен? — смотрю сквозь слезы на любимого мужчину.

— Если то, что я слышал про твоего отца правда, — начинает объяснять. — Он никогда не поселился в доме без надлежащей противопожарной системы.

Слушаю Вадима и понимаю, что в чем-то он прав. Мой папа дотошный. И принципиальный. Он бы не стал жить в деревянном доме просто так.

— Мирон Степанович, у вас есть новости? — спрашиваю крестного. Он на переднем пассажирском сидении сидит.

— Нет, — бегло отвечает. А затем снова утыкается в планшет.

Вадим поддерживает меня, пытается успокоить. А мне так плохо, что даже дышать не могу.

Мчим. Летим. Выезжаем из города, несёмся по трассе, подъезжаем к СНТ. Издалека вижу дым.

Из груди летит крик. Душу его раскрытой ладонью. Все будет в порядке! Все хорошо.

Повторяю нехитрые слова раз за разом, но толку от этого не ощущаю. Мне плохо. Мне больно. Мне страшно. Так и хочется встать и крикнуть, что мы все умрем.

Но я держу себя в руках. Сжимаю в кулак свое горе. Ради дочерей. Ради родителей. Ради себя.

Они живы! Именно в это мне нужно верить. И тогда так и будет!