Книга Бывшие. Любовь с осложнениями, страница 50 – Саяна Горская

А вдруг он не хочет это обсуждать?

Рассказать ли ему о том, как жила я?

Может он и этого не хочет знать? Не спрашивает ведь…

Мы проезжаем перекрёсток.

Богдан, разминая шею, хрустит позвонками. На мгновение отрывает взгляд от дороги.

— Ну, родная, расскажи мне, как ты жила тут без меня? Я ужасно хочу знать все подробности.

Смущённо поджимаю губы.

— Нормально. Я просто… Сосредоточилась на работе. Ничего необычного. Всё как у всех.

Богдан усмехается.

— Да уж, стандартная ситуация. Только ты упустила из виду маленькую деталь о том, как боролась с раком в одиночестве.

— Богдан, перестань, — напрягаюсь снова.

— Что, правда режет слух?

— Миллионы людей по всей планете ежедневно борются с раком.

— Да, я в курсе. Но знаешь, в чём разница?

Я не отвечаю. Молчу упрямо.

— А разница в том, Женя, что тысячи от рака ежедневно умирают. Но мало кто из них осознанно лишает себя поддержки, чтобы остаться с болезнью один на один.

Мои пальцы впиваются в ремень безопасности.

— Всё обошлось.

— Женя…

— И давай мы не будем больше говорить об этом?

В машине повисает тишина.

Богдан крепче сжимает руль.

— Ладно. Извини. Я просто… Я всё ещё не могу уложить это в голове.

— Это было давно, — тихо говорю я.

— Для тебя — может быть. А для меня — вчера.

С раскаянием опускаю взгляд.

— Я не хотела, чтобы ты переживал.

— Прекрасно. Ты не хотела, а я всё равно переживаю. Так что твой план не сработал.

Кусаю губу, не зная, что сказать.

Мы останавливаемся на красный.

Богдан поворачивает голову ко мне и изучает меня взглядом.

— Ты так и не сказала, как жила всё это время.

— Я сказала. Работала.

— Это не ответ.

— Я просто пыталась не думать.

Он кивает, словно понимает.

— Ну а если не работа? Что ты делала, когда оставалась одна?

— Пыталась спать.

— Я тоже. Пытался спать. Но у меня не очень-то получалось. А ещё, я искал тебя.

В груди моей с отчётливым хрустом что-то надламывается.

— Искал?

— Везде. — Он криво улыбается. — В других городах, в других людях, в улицах. В чужих улыбках, чужих прикосновениях. Искал твой запах, твой цвет волос, глаз. Твою привычку морщить нос.

— И что?

Богдан качает головой.

— И ничего. В мире нет никого, кто был бы хоть немного на тебя похож. Никого я не нашёл.

Я вдыхаю.

Мы подъезжаем к больнице.

— Ладно, — тихо говорит он, убирая руку с рычага коробки передач перекладывая её на моё колено. — Хватит об этом. Я рад, что ты снова рядом.

Я накрываю его руку своей.

— Я тоже.

В салоне становится тихо, только слышно, как на улице шумят машины.

Я тянусь к ремню, но Богдан опережает — его пальцы быстро ловят пряжку и отстёгивают меня, словно я сама не в силах справиться.

Закатываю глаза.

— Ты же понимаешь, что я взрослый человек, да?

— Смутно догадываюсь. — Усмехается и выходит из машины, чтобы открыть передо мной дверь.

Выбираюсь наружу, поправляя пальто, и мы вместе направляемся к больнице.

Воздух свежий, но я чувствую, как пылает моё лицо. Мне кажется, что все вокруг смотрят.

Их оценивающие взгляды жгут спину и пронзают насквозь.

Я киваю коллегам, но стараюсь не встречаться с ними глазами. В голове уже звучат их осуждающие голоса.

«Вы только посмотрите, кто у нас тут…»

«Ну, я ж говорила! Женя давно глаз на Богдана положила!»

«Да кому она вообще нужна? Он просто её жалеет…»