Книга Чудов в Новый год, страница 18 – Кэти Свит

Шах и мат, Чудов.

Шах и мат.

Хоть реально пиши Андрюхе и проси вообще не приезжать. Серьезно!

Где ж я потом такое сокровище буду искать?

— А давай! — соглашаюсь и беру из рук девушки бутылку. Открываю. — Фужеров, как я понимаю, у нас нет, — интересуюсь с осторожностью.

Если она еще и бокалы из коляски вынет, то я просто дара речи лишусь.

— Нет, — искренне смеется, а у меня сердце от этого лучезарного смеха начинает быстрее стучать. — Про них-то я и забыла.

— Ну ничего страшного, — не могу скрыть улыбки. Она так и рвется из самого центра души. — Значит, вспомним молодость, — приподнимаю бутылку чуть выше. — За милых дам!

— И настоящих мужчин, — добавляет.

Принимает из моих рук тару и делает небольшой глоток.

Смотрю на стоящую перед собой молодую мамочку и просто поражаюсь ее смелости и отваге. Это ж надо было устроить пир в лифте с абсолютно незнакомым для нее мужиком.

С одной стороны хочется по заднице ей надавать за столь серьезную неосмотрительность, а с другой… С другой я очень этому рад.

— И часто в нашем доме вот так застревают лифты? — уточняю, запихивая странное чувство, очень сильно напоминающее ревность, далеко-далеко.

— Со мной в первый раз, — признается. — Не знаю, что сейчас приключилось, — пожимает плечами.

— Новый год, — подшучиваю.

— Ну только если он, — подхватывает мою шутку.

Мы поочередно делаем еще по глотку из бутылки, съедаем напополам мандаринку и доедаем оливье.

— Ромка! Чудов! — раздается знакомый голос где-то неподалеку.

— Андрюха, — улыбаюсь. — Гусь! — говорю значительно громче. — Мы здесь! Ау!

— Здесь это где? — голос друга раздается чуть ближе. — Ты хоть по дверце лифта постучи.

— Не могу, у меня ребенок здесь, — поясняю. — Могу испугать.

— Вот же блин, — озадаченно произносит. — Хрен с тобой, давай так.

Переговариваясь и перекидываясь короткими фразочками помогаю другу идентифицировать свое точное местоположение.

И он, словно играючи, открывает дверь.

— Андрей? — во все глаза смотрю на мужа подруги. — Ты что здесь делаешь? — первое, что спрашиваю у него.

Они с Ромой пожимают друг другу руки и перекидываются короткими фразами. Ведут себя так, словно знакомы чуть ли не всю жизнь.

Сказать, что я удивлена, ничего не сказать. Я просто в шоке, если честно!

— Я? — ухмыляется Лебедев. — Застрявших в лифте спасаю, — показывает на кабину, очерчивая рукой объективную проблему. — Друга вот приехал вызволять.

— А меня? — растерянно спрашиваю. В голове полная каша.

— На тебя заявки не было, — говорит, смеясь.

— Понятно, — только что приподнявшееся настроение мигом ухает вниз.

Ну, раз на меня заявки не было, придется нам с Дашенькой здесь праздник встречать.

Роман выскакивает из кабины, о чем-то переговаривается со стоящими на лестничной клетке мужчинами. Я смахиваю слезы горечи и разочарования отворачиваюсь от них.

— Ну что, малышка, интересно тебе? — спрашиваю у доченьки, глотая слезы.

— Вер, ты идешь? — со стороны раскрытых дверей раздается голос Романа.

— Нет! — говорю громко. — На меня ж заявки не было, — отвечаю, не поворачиваясь в его сторону. Продолжаю скармливать дочке салат.

За моей спиной слышу притихшие мужские голоса и настроение становится еще гаже. Вот, блин, мужчины! Что Олег, что Андрей, что Роман.