Книга Перо цвета ночи, страница 40 – Алла Касперович

Грудь Рэйвена быстро поднималась и опускалась, а дыхание стало прерывистым. Никто за прошедшие века не смог заставить демона сходить с ума от желания. А неопытной девице, спасшей его жизнь, даже усилий не потребовалось.

Рубаха полетела на пол, девичьи руки заскользили по широким мужским плечам, и Рэйвен послал к младшим демонам любую выдержку. Он целовал Алисию неистово, гладил, сжимал её тело. Никак не мог ею насытиться…

Внезапно раздался громкий и крайне настойчивый стук в дверь одновременно с особо сильным раскатом грома.

— Ректор! Ректор Уоллсворт! Вы здесь? — послышался скрипучий старческий голос. — Ректор Уоллсворт! Это срочно!

Первым и самым естественным желанием демона было испепелить того, кто посмел их прервать, но ради Алисии Рэйвен сдержался.

— Иди в мою комнату, — велел он.

Часть стены отъехала, и девушка тут же юркнула в образовавшийся проход. Сердце её колотилось, но вовсе не из-за страха, что их могли застукать. Стоило сбежать из дома для того, чтобы испытать те чувства, что будил в ней Рэйвен.

Профессор Уоллис так и остался в неведении о том, что был на кончике кончика волоска от гибели.

Стоя за дверью в кабинет ректора Уоллсворта, профессор Уоллис переминался с ноги на ногу. И вроде бы дело срочное, да как-то боязно отрывать демона от… Да от чего угодно боязно его отрывать! Взять хотя бы пример профессора Миллиган. Старушка всего-то хотела вопрос об отпуске задать, а её совсем без волос оставили. Собственно, голова у Мэтта Уоллиса и так сверкала, словно маслом намазанная да тряпочкой отполированная. А вот бороду жалко будет — зря, что ли, тридцать пять лет отращивал? С тех самых пор как Меган Уоллис, драгоценнейшая супруга — чтоб ей всю жизнь на свежей крапиве спасть, тухлую воду пить и гнилыми овощами питаться! — сбежала вместе с каким-то сопливым юнцом, да ещё и почти все деньги с собой прихватила! Ух, попадись она сейчас… Но о неверной жене можно и попозже подумать, а вот в дверь постучать не помешало бы.

Ох, и куда Камилла Гринстоун подевалась? Только она могла подойти к ректору без боязни, что её раньше срока отправят на тот свет. И гроза эта, будь она неладна. Не хватало в Академии ещё одного пожара! Ладно, была не была.

— Ректор! Ректор Уоллсворт! Вы здесь? — Голос почти не слушался своего хозяина. — Ректор Уоллсворт! Это срочно!

Секунды тянулись неимоверно долго, и профессор Уоллис по одному начал выдёргивать волоски из бороды. А что? Всё равно её скоро оторвут, а то, гляди, и чего похуже.

Дверь распахнулась именно тогда, года старик уже почти отчаялся, и в проёме показалась чёрная фигура. Профессор Уоллис сглотнул, пытаясь не попасть под влияние клубящегося тумана мрака, окружившего ректора. Ой, что сейчас будет…

— Что стряслось? — Прекрасное и в то же время пугающее лицо демона потихоньку доводило незваного гостя до сердечного приступа.

Подбородок старика затрясся, а вместе с ним — и борода:

— Т-там, т-там, т-там… в холле какой-то… какой-то там… вот.

— Соберитесь, профессор, — ректор говорил спокойно и даже в лице не изменился, зато у несчастного преподавателя едва не пропал дар речи и зубы не вывалились — так они стучали.

— П-п, п-п…

— Профессор!

— В холле Вас требует какой-то парень в чёрных одеждах и с крыльями за спиной! — выпалил старик. Захочешь жить — и не так извернёшься! — Говорит, что с места не сдвинется, пока Вы сами за ним не придёте.