Книга Пламенная, страница 69 – Алла Касперович

— Удивительно, что ты смогла войти сюда! — хмыкнул он, с любопытством изучая дражайшую половину.

— Никуда я не входила, — продолжала ворчать та. — Шла, шла, а потом как налетит ветер! А потом молния, гром! Ты видел тот след от молнии? Меня там чуть не поджарило! — Она прищурилась: — Это ведь всё ты, да?

— Можно и так сказать, — не стал отрицать он, однако на всякий случай отступил ещё на шаг. — Но я в тебя не целился.

— Ага. Я так и поняла. — Ариана с сожалением глянула на разорванный подол и заметила на нём небольшую подпалину. Всё-таки молния до неё добралась. – Что ты тут вообще делал?

— Ничего интересного, — отмахнулся Эрик. — Куда важнее, дорогая, как тебе удалось пройти сквозь мой барьер и почему я тебя не почувствовал.

— Никакого барьера я не видела, — пожала плечами она. — Говорю же: шла, шла и пришла. А потом ты тут со своими молниями.

— Любопытно... — Он хлопнул в ладоши, и рядом с герцогской четой, друг напротив друга, появились два кресла, обитых бархатом. Серым, разумеется. —Присаживайся, дорогая.

Для верности Ариана сперва хорошенечко пощупала подозрительную мебель и только потом осторожно опустилась в неё. Эрик последовал её примеру, только без ритуальных плясок.

— А теперь, дорогая. Расскажи мне, зачем ты вообще сюда шла.

— За тобой.

— За мной? — Он выгнул брови. — Зачем?

— Ты ужин пропустил.

— Я его часто пропускаю.

— Вот именно! — Ариана чуть подалась вперёд. — А твои люди беспокоятся, между прочим!

— Наши люди, дорогая.

— Наши люди беспокоятся! Ты почему от еды отказываешься? — рявкнула герцогиня и сама поразилась тому, как резко прозвучал её голос.

Тут вспомнились все наставления леди Люсинды о том, как должна себя вести порядочная аристократка. И главный завет — никогда не кричать на мужа.

Справедливости ради, графиня Мунстоун не была замечена за тем, что повышала голос на супруга, ей вполне хватало взгляда. Долго оставаться замужем Ариана всё равно не собиралась, а потому и не подумала потупить взор и молить о прощении за дерзость, как того требовали обстоятельства. Вот ещё!

— Они же волнуются!

— А ты? — мягко спросил Эрик. — Ты, Ариана, ты волнуешься?

Она ответила сразу:

— Конечно, волнуюсь!

— И ничего не «О!». Раз ты о себе не волнуешься, то я буду.

Какое-то время Эрик не сводил глаз с жены, упрямо сверлившей его взглядом, а затем хлопнул себя по коленям и поднялся.

— Ладно, дорогая, уговорила: идём ужинать!

— Я уже поужинала.

— То есть, ты отказываешься?

— То есть, ужинать идёшь ты, а я так — перекусить. — Приняв помощь мужа, она тоже встала. Тот щёлкнул пальцами, и оба кресла мгновенно исчезли, будто и не было их никогда. — Ничего себе! А платье моё починить можешь?

— Платье? — Эрик глянул на разорванный подол. — Запросто. — Опустившись на колено, он провёл раскрытой ладонью над лохмотьями и большущей дырой, и вскоре ткань стала прежней, как если бы никто на неё варварски не наступал.

— Как здорово! — захлопала в ладоши Ариана. — А с волосами моими можешь что-нибудь сделать? — Она указала на свою растрёпанную шевелюру, Хэтти не успела поправить это безобразие. — Они меня не слушаются.

— Здесь я бессилен, дорогая. — Он покачал головой. — С людьми после того раза я эксперименты не проводил — мне хватило.

— Понятно, — кивнула герцогиня. Она и так особо не надеялась, но попытаться стоило. — Тогда пойдём?