Книга Булочка, страница 99 – Алла Касперович

Его признание настолько застало меня врасплох, что я не сразу сообразила, что он собирается делать. А когда до меня все же дошло, его губы уже были плотно прижаты к моим. Мое тело, словно парализовало, а мысли роились в голове с такой скоростью, что я ни одну из них не могла поймать. А Леша тем временем начал настойчиво раздвигать мои губы своими.

Стойте! Что я делаю?!

И только я собралась оттолкнуть Лешу от себя, как это уже кто-то сделал вместо меня. Его отшвырнуло от меня с такой силой, что в первое мгновение я сильно за него испугалась. А в следующее мгновение мне стало еще страшнее.

Рассвирепевший Зевс с силой ударил Лешу кулаком в челюсть, и тот отлетел в ближайший сугроб.

— Андрей! — крикнула я, но тот, казалось, меня не слышал.

Леша не остался в долгу и, подорвавшись, ударил Зевса в ответ. Я поверить не могла в то, что вижу. На моих глазах развернулась настоящая драка, а я стояла столбом и не знала, что делать. На мои окрики никто не реагировал, тем более, что оба мужчины были заняты собственным разговором. В перерывах между маханием кулаками я слышала обрывки фраз:

— Ты же обещал… не вмешиваться! — кричал Зевс.

— А ты? Сам… разве лучше?..

— Я сдержал слово!

— Я тоже… держался, сколько мог!

— Надолго… тебя… не хватило!

Теперь уже Зевс оказался в сугробе, едва меня не задев, но я вовремя отскочила. Вскочил он довольно быстро, хоть уже и немало сил потратил на драку. Я снова попыталась их окрикнуть:

— Андрей! Леша! Остановитесь!

Без толку. Они снова не обратили на меня никакого внимания.

— Я не мог больше ждать! — прокричал Леша прямо в лицо Зевсу, врезав кулаком тому в живот. У Андрея перехватило дыхание, и он начал медленно оседать на землю. — Я люблю ее!

Я бросилась было к Зевсу, наплевав на собственную безопасность, но остановилась, когда услышала:

— Я тоже… ее люблю.

Эти слова заставили остановиться и Лешу. Он вдруг хмыкнул, затем еще раз и еще, пока не расхохотался так, что мне стало страшно за него. Потом он вдруг грузно осел рядом с Зевсом и спрятал лицо в ладонях.

— Почему ты раньше это не говорил?

— А ты бы мне поверил?

Внезапно я почувствовала себя здесь лишней. Хоть они, только что, оба признались мне в любви, но меня они в упор не замечали. И это было мне на руку. Я не знала, как относиться к тому, что сейчас услышала. Бесспорно, мне льстило то, что они оба любят меня. Но вот в своих чувствах я пока не разобралась.

Поэтому я решила, что самое лучшее сейчас — тихо уйти, чтобы дать им поговорить, и чтобы подумать в одиночестве. Моего ухода они, похоже, тоже не заметили.

Всю дорогу домой я прокручивала в голове все, что произошло за последний час. Это мне чем-нибудь помогло? Да как бы не так!

15 января, понедельник

Юго-Запад, ст. м. Петровщина

Василевс встретил меня нетерпеливым мяуканьем. Ему-то было все равно, почему хозяйка задержалась. Главное, что миска пустая, да и воды хватит разве что на один глоток.

— Сейчас-сейчас, — рассеянно пробормотала я. — Дай, хоть, пальто сниму.

Коту досталась не то что двойная пайка, а тройная. Больше он на меня не злился и теперь благосклонно смотрел, как я наливаю сухое красное вино в высокий бокал. После Нового года я думала, что больше никогда не буду пить в одиночестве. Ан нет, оказалось, что буду. Однако, сделав глоток, я поняла, что не хочу. Так бокал и остался стоять в гордом одиночестве на столе.