Книга Магические будни интровертки, страница 55 – Алла Касперович

— Настька… — захныкал где-то рядом Боюн. — Ты живая…

— Живая, живая, — пробормотала я и наконец соизволила открыть очи. Надо же… Уже и ночь успела наступить. Но звёзды светили настолько ярко, что я прекрасно видела всё, что меня окружало.

Викинг помог мне сесть, но я пока не набралась достаточно сил, поэтому он стал моей временной опорой, прислонив мою спину к своей груди и обняв одной рукой за талию. Врать не буду — мне нравилось.

— Спасибо, Тор, — сказала я, повернув к нему голову и ненадолго задержав взгляд на его губах. И подумать не могла, что они настолько мягкие. Да и нежность, с которой викинг ко мне сейчас относился, никак не вязалась с тем образом, что успел сложиться в моей голове. Где тот постоянно насупленный бука? Когда его успели подменить? — Правда спасибо.

Тор еле заметно улыбнулся и кивнул.

— Настенька! — Кошак запрыгнул ко мне на колени и принялся тереться обо всё, до чего дотягивался. Так, у меня во рту каким-то образом появилась его шерсть. Я сплюнула её и, обхватив Боюна руками, крепко обняла, не дав ему и дальше делать из меня мохнатое чудище. — Настенька, я так переживал!

— Всё хорошо, — увещевала его я. — Уже всё хорошо.

Какие-то обрывки памяти возвращались ко мне, но я чувствовала, что мне предстояло ещё многое вспомнить. А возможно, что-то уже кануло в небытие, но я об этом вряд ли когда-нибудь узнаю.

— Ну, живая? — подняв бровь, поинтересовалась царевна-лягушка. — Тогда я пошла. И без вас дел хватает.

— Спасибо, Хекат! — крикнула я ей в спину.

Златовласка на миг обернулась, хмыкнула и растворилась в темноте леса.

— Далеко пойдёшь! — пропищал кто-то, хотя я так знала, кто, но никак не могла разглядеть. — А я тебя недооценила.

— Ринка, умолкни! — прикрикнул на неё Митрофан, но я всё ещё не могла определить, где она. Вот что определённо радовало, так это что точно не во мне. Ух, как подумаю, так вздрогну. — Настасья, ты как?

Я прислушалась к себе и улыбнулась:

— Хорошо всё, слабая только. Спасибо тебе, Митрофан. — Он махнул рукой, мол, о чём говоришь — свои же. — Василиса, и тебе большое-пребольшое спасибо!

— Пожалуйста, тётенька Настя! — расплылась в улыбке она и поудобнее устроилась с ногами на своём пне-троне.

— Может, теперь вы мне расскажете, что тут вообще происходит? — поблагодарив всех, попросила я.

— А вот пущай она сама и рассказывает, раз кашу заварила, — заявил леший.

— А ну, отпусти меня, придурок! — пропищала-прошипела Арина. Из высокой травы её вытащил Митрофан и за волосы поднял над собой.

— Очуметь… — только и смогла произнести я.

Потому что меньше всего я ожидала увидеть тряпичную куклу с жёлтыми вязальными нитками вместо волос. В высоту она была не больше двух моих ладоней, одета в красивое и искусно сшитое льняное платьице, по нижнему краю которого проходили вышитые васильки. Коричневые башмачки из ткани прятали ножки, а руки украшали браслеты из каких-то разноцветных крошечных камней. На белоснежном лице чернели пуговицы на месте глаз, улыбающийся рот представлял из себя две красные нитки, зато о носе никто не позаботился. Вероятно, кукле он и не был нужен.

А во лбу у неё красовалась та самая бусина — сокровище тролля Ту́пика.

— Настя, я её боюсь… — прошептал Боюн, прижавшись ко мне плотнее и попытавшись спрятаться в моих руках. Да куда там — кот он отнюдь не маленький.