Онлайн книга «Горе-волшебник»
|
Остановились мы только, когда убежали довольно далеко. Ни она, ни я даже не запыхались. И тут мы увидели, что все еще держимся за руки. Оладка перепеченная! Корнелия. Корнелия! Корнелия!!! Трисса осторожно вытащила свою ладонь из моей и сказала: — Весело было, правда? — Ага! Трисса, а почему ты не сказала, как тебя зовут? — Чтоб отец не узнал, зачем же еще? Я ведь должна быть… Погоди-ка, как он там говорил… Я должна быть «образцовой женой, которая не посрамит своего супруга». И она улыбнулассь, по-настоящему улыбнулась, а я залюбовался ею. Да, мне нравится Корнелия, но я же могу смотреть, просто смотреть на других девушек, так ведь? К тому же Трисса — мой друг. — Отец считает, что Школа плохо на меня влияет. Дай ему волю, и он меня сразу же заберет домой. Меньше знает — лучше спит. Тут я был с ней полностью согласен. — Куда дальше пойдем? — спросил я. — Может, в театр сходим, а? В прошлый раз у нас с Гэном и Паром не очень вышло. Трисса понимающе кивнула — мы ей рассказывали про тот Свободный день — , и сказала: — Пойдем. Билеты уже поздно покупать, но я знаю, откуда можно бесплатно посмотреть. Все-таки Трисса замечательная. Спектакль был очень интересным. Наверное. Я слушал его в полуха и смотрел в полглаза, а все потому, что мы с Триссой сидели тесно прижавшись и смотрели спектакль через дырку в заборе. Сердце мое бешено колотилось, и я все пытался его успокоить. Вышло только тогда, когда представление закончилось, и Трисса от меня отодвинулась. Интересно, а ее сердце тоже так же странно себя вело? Скорее всего нет, потому что она очень внимательно следила за спектаклем, а потом долго рассказывала мне по дороге в Школу, как ей понравились отдельные сцены. Я только поддакивал и кивал, потому что ни одной из них не помнил. Вернулись же мы почти в полночь, и нам очень повезло, что нас никто не застукал. Впрочем, с таким проводником как Трисса нам это и так не грозило. — Спокойной ночи, Трисса! — Спокойной ночи, Мар! Спать я совсем не хотел. И тут я вспомнил, что давно хотел деду написать, но до сих пор так и не собрался, поэтому я зажег лампу на столе, достал лист бумаги, перо и начал писать: «Здравствуй, деда! Знаешь что? Сегодня у меня был очень хороший день! А еще я понял…» Дописать я не успел, потому что в дверь постучали. Кто это мог быть в такой час? Мое сердце вдруг вновь заколотилось. А может, это Трисса? В дверь постучали сильнее. — Войдите! Нет, не Трисса. Это был всего лишь Норвус. — Норвус? Что-то случилось? Я, вроде, нигде пока набедокурить не успел… Или я что-то не помню? — Мальчик мой… Ой, не к добру это. Ой, не к добру. Я что, Библиотеку спалил? Или озеро испарил? Или подвал обрушил? Или… Но почему-то на мои глаза навернулись слезы. Вот бы, вот бы я сделал что-то не так! Норвус подошел прямо ко мне и присел на корточки, так он оказался ниже меня, и заглянул мне в глаза. — Твой почтенный дедушка… — Нет! — замотал я головой. — Деда во Дворце! Он обещал, что скоро приедет! Он обещал! И я разрыдался. Как сопливая девчонка, разрыдался. А Норвус встал, обнял меня и стал гладить по голове. Сквозь собственные слезы я услышал: — Ему внезапно стало плохо за обедом. Кругом было полно волшебников, но спасти его не смогли. Он умер очень быстро, мой мальчик. |