Книга Горе-волшебник, страница 12 – Алла Касперович

Как же мне хотелось въехать по этой бабьей усатой морде. Откуда он узнал, что я хочу сбежать?

— Мне сказал Верховный волшебник.

Он что, мысли мои читает?

— Нет.

— А?

— Я не читаю твои мысли. У тебя все на лице написано. Твой отец такой же был. Именно поэтому ему всегда влетало, — хохтнул Ремус, — а мне нет.

Ну и ладно, зато у меня врать получается. Иногда. Очень редко.

— И не надо так на меня смотреть. Поверь мне, мальчик, я тебе не враг.

Ага, как же.

— Но это не значит, что врагов у тебя не будет. Ты ведь знаешь, кто твой дед.

Я кивнул. А чего тут не знать? Моего деда все знают.

— А ты понимаешь, кто он?

— А? Чего?

Ремус ухмыльнулся так, словно я какую-то чушь сказал. Ага, это он дурацкие вопросы задает, а не я.

— Ты ведь сам прекрасно знаешь, кто ты.

Мог бы и не говорить. Ну, выродок я, и что?

— А твой дед — самый могущественный человек в нашем мире. Даже у Короля меньше власти. Понимаешь теперь?

Я вылупился на него как на последнего дурака. Знаю я это все. Он чего от меня вообще хочет?

— Видимо, не понимаешь, — вздохнул Ремус и откинулся на подушки, а веер стал обмахивать его еще сильнее. — Все-таки зря Верховный волшебник держал тебя при себе так долго. Ты такой наивный!

— Это я наивный?!

— Чего вскочил? Садись на место.

И меня тут же отбросило назад. Теперь я даже двигаться не мог. А Ремус расхохотался.

— Нет, ты правда весь в отца. Он тоже всегда легко выходил из себя. Прости, малыш, но ты должен понимать, что есть те, кто хочет занять место твоего деда. И таких людей много. А раз ты… Прости, малыш, но раз ты выродок, то их с каждым днем становится еще больше. Будь осторожен. И особенно в выборе друзей.

Надеюсь, что в этом я в своего папку не пошел. Не надо мне таких приятелей, как Ремус.

— Есть хочу, — буркнул я, а профессор снова заржал. Да что смешного, если человек голодный? Сам, небось, всю дорогу ел, пока я спал.

— Хорошо, сейчас будет обед. Все равно тебя пока в Школе кормить не будут.

— Это еще почему?

— Прекрати дергаться. Никто тебя голодом морить не собиратеся.

— Ага.

— Сначала тебя заселят в общежитие, а потом уже по номеру комнаты будет и номер твоего стола в столовой.

Да мне вообще-то пока что все равно. Сейчас мне бы другое узнать. Это поважнее будет.

— Есть когда будем? — напомнил я.

— Ешь на здоровье. Все давно стоит перед тобой.

Да этот… этот издевается, что ли?

Я глянул вниз, где на низеньком столике уместилась моя недельная пайка и чуть не взвыл — так я есть хотел. И только посмотрев на мои голодные глаза и дрожащие губы, до этого болвана наконец дошло, в чем дело.

— Прости, малыш, — хмыкнул Ремус, — сейчас все исправлю.

Он щелкнул пальцами, и я снова смог двигаться. Кулаки все еще чесались, но есть хотелось так сильно, что я готов был простить Ремусу даже то, что он достал из кармана серебряную круглую шкатулку, запустил туда свои холеные пальцы (даже Гарлиус обзавидовался бы!), взял немного какой-то слизкой пакости и втер в свои волосы, и те тут же закучерявились. Только розовых бантиков не хватало. Да уж, я точно проголодался.

Мясо, фрукты, сладости — я все это смел так быстро, что Ремус даже свою шкатулку закрыть не успел. Он только глазами хлопал: наверное, хотел со мной поесть, только я ему ничего не оставил. Я заулыбался с набитым ртом — хоть как-то этому профессоришке отомстил.