Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 2, страница 59 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Я поняла, что задала вопрос так, словно наше возвращение в реальный мир было чем-то гарантированным. Словно мы не могли умереть уже через три дня. Словно у нас были все шансы вернуться, а ведь мы даже не знали, возможно ли это в принципе.

— Еще не решила, – пожала плечами Эмири. Она, казалось, вовсе не сомневалась, что выживет и вновь окажется дома. – Наверное, буду поступать на программу, связанную с литературой. Но я не хочу учиться в Японии. – Увидев мой удивленной взгляд, Эмири пояснила: – Я привыкла к другому типу обучения.

Я не стала продолжать расспросы, заметив, что она не особо хотела развивать эту тему. Разговор сошел на нет, и нас вновь окружила тишина, но на этот раз молчание было на удивление легким и уютным. Я смотрела на покрытое легкой дымкой облаков небо, размышляя о своем. Йоко, казалось, тоже глубоко задумалась, но, судя по блеску в глазах и легкой улыбке, мысли ее не были тяжелыми. Эмири задремала прямо на скамейке, уронив голову мне на плечо.

Спустя примерно полчаса мы разошлись. Эмири клевала носом, да и Йоко точно не выспалась. Я решила остаться на улице и, откинувшись на спинку скамейки, прикрыла глаза.

Думая о том, могла ли выжить, могла ли выбраться, я снова вспомнила тех, у кого на это уже не было шанса. В душе с новой силой завыла тоска, и сейчас мне почему-то захотелось побыть одной.

Я сидела, прислонившись спиной к одному из редких тонких деревьев рядом с нашим лагерем, и размышляла. Обо всем и ни о чем одновременно. События прошедших дней так сильно встряхнули мой разум, что даже воспоминания перемешались и перепутались. Я перескакивала с одной мысли на другую без какой-либо связи. То вспоминала полуразложившиеся холодные руки, тянувшиеся к моей шее, то жуткое душное подземелье, то лицо Кадзуо.

Пытаясь мысленно сбежать от одних страшных воспоминаний, я натыкалась на другие, и это сводило с ума.

Днем, после разговора с Йоко, мы отправились на окраину города, подальше от традиционных домов и других людей, решив провести следующую ночь там. Остановились в одичавшем саду рядом с одним из невысоких домов. От каменной ограды остались лишь одна стена и разной величины обломки.

Вечером, чувствуя сильную усталость из-за недостатка отдыха после страшной истории, я провалилась в сон и выбралась из него только через несколько часов, измученная кошмарами. И сейчас, когда наступила глубокая ночь, я уже не могла уснуть. Но и находиться внутри тесной палатки тоже было выше моих сил, а потому я тихо, чтобы не разбудить Йоко, выбралась наружу.

Чернильное небо в серых разводах полупрозрачных облаков покрывали редкие звезды, среди которых гордо светила луна. Легкий ветер то усиливался, подхватывая растрепанные пряди моих волос, то затихал, но и без него ночь была прохладной.

Тяжело вздохнув, я посмотрела на наш импровизированный лагерь и вскочила на ноги. Мне необходимо было отвлечься. Сон не шел, и я могла даже не надеяться снова забыться на несколько часов. А потому решила побродить поблизости, рассчитывая, что хоть какое-то действие не даст мне увязнуть в омуте воспоминаний. Сейчас от них было слишком тяжело.

Я надеялась, что Йоко не проснется раньше, чем я вернусь. Уверена, мою ночную прогулку в одиночестве она не одобрит.