Книга Красные чернила смерти, страница 11 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Нет! Отпусти ее!

— Не трогай меня! – в отчаянии выкрикнула Ку Ара, и дверь захлопнулась.

Еще несколько секунд, и все звуки – шаги и крики – стихли.

Я же, оцепенев, не отрывала взгляда от двери. Кажется, какое-то время я даже не дышала. Закашлявшись, я попыталась сделать глубокий вдох, но не смогла. Ужас сжал мое горло ледяными пальцами, словно с наслаждением медленно убивая раньше времени.

Ку Ара… только что она была здесь, а теперь… Как бы я ни гнала подобные мысли, они были слишком громкими. Я понимала, что, если она еще жива… это ненадолго. И скрыться от этого понимания было невозможно.

Как и от понимания того, что я стану следующей.

Меня мелко затрясло, и, подтянув колени к груди, я до боли сжала кулаки, до крови прикусила щеку, пытаясь собраться. Но не могла. Меня, как два голодных жадных хищника, разрывали паника и отчаяние.

Я не знала, сколько времени прошло, но руки и ноги успели онеметь, а тело дрожало теперь не только от страха, но и от пропитавших его холода и сырости.

Жутким было чувство неизвестности. Я не имела ни малейшего представления, что меня ждет. Лишь понимала, что ничего хорошего, и воображение, отравленное страхом, рисовало картины одна страшнее другой.

К тому же к чувству неизвестности примешивалось чувство беспомощности. То, которое я ненавидела. Я всегда могла за себя постоять, всегда могла о себе позаботиться. Но теперь… Теперь я сидела и ничего не делала, смиренно дожидаясь своей участи, как трусливая слабая жертва.

Вот только выхода не было. От холода и веревок я уже едва могла пошевелиться.

В какой-то момент сознание начало уплывать от меня. Несмотря на боль и страх, я ощущала, что меня, словно жалея, вот-вот накроет и спрячет от реальности беспамятство. Но понимала: терять сознание нельзя. Нельзя. Так я стану совершенно беспомощна и беззащитна. Так у меня не будет даже малейшего шанса оказать сопротивление, даже призрачного шанса спастись…

И все же я то ли уснула, то ли потеряла сознание. Я не лишилась чувств полностью, скорее оказалась в полуобморочном состоянии. Я смогла расслышать шаги и скрежет ключа, но не сумела понять, что они означают.

Кто-то грубо схватил меня, и это помогло прийти в себя. Я задергалась в чужих руках и собиралась использовать последние силы, чтобы вырвать шанс на выживание хоть ногтями, хоть зубами. И все же едва ли могла сопротивляться.

— Не смей трогать меня! Отпусти! – Голос был слишком слабым, хриплым, но переполненным гневом.

Хотя нет. Скорее злым отчаянием.

Я не хотела умирать.

Пришел тот же мужчина, который забрал Ку Ару. По крайней мере, одет он был так же, но лицо все еще оставалось скрытым. Зачем его прятать, если он хочет меня убить?

Я не успела развить эту мысль.

Я услышала раздраженный выдох, и мужчина ударил меня по шее.

Я мгновенно отключилась.

Припарковавшись у здания больницы, я еще несколько минут просидела в салоне, прикрыв глаза и стараясь настроиться. Я пыталась выстроить вокруг сердца каменные стены без единого зазора, стены, которые не позволят острым как ножи словам ранить меня и в то же время не дадут моим собственным чувствам прорваться наружу. Я медлила, нацепив на лицо маску холодного спокойствия, выжидая, пока эта маска не срастется с кожей. Ни одна моя черта не должна будет показать, о чем я на самом деле думаю, что чувствую.