Книга Порно для маленьких, страница 171 – Александр Слепаков

— Он умер?

— Убили. Но я тут совершенно ни при чем. Это их воровские дела…

— А как ты узнала, что можешь вернуться?

— Из газеты «Вечерний Ростов». Да, не смейся, — хотя Тома и не думала смеяться.

— Мне челноки регулярно привозили ростовские газеты. Я видела статью Кузнецова, где он писал про Борьку и его дело. Там в начале говорилось о двух арестованных ворах в законе. Один из них и был тот самый. Я поняла так, что, если его посадили, я могу вернуться. Будь он такой же сильный, как несколько лет назад, его бы не посадили.

Тома слушала, не перебивая. Но Сильва замолчала. Сидела, смотрела на поля, покрытые светом заходящего солнца. На уходящую к горизонту холмистую степь, на деревенскую улицу… как много здесь произошло перемен за эти девятнадцать лет и как мало в конечном счете все изменилось.

— Мне ты никак не могла дать знать? — спросила наконец Тома.

— Ты с ума сошла, — ответила Сильва, — конечно, нет. Во-первых, ты не выдержала бы и ему сказала. Это могло погубить его. Я бы на твоем месте не выдержала. Ты напрасно думаешь, что я железная. А, во-вторых, ты и так знала. Ты же знала?

— Знала. И ему сказала. Все как по писаному.

— Но в этом варианте твое знание не было фактом. Только твоим чувством, твоим предположением. Я прекрасно понимала, что так будет. Ты сказала, он поверил. Он ждал и дождался. Мы с тобой фактически его спасли, причем нам даже сговариваться не пришлось.

— Ты помнишь Елизавету Петровну?

— Конечно, помню.

— Игорь сказал — умерла год назад.

— Хороший самогон у нее был. Она бы нам посоветовала что-нибудь. Сильная была женщина. На пять метров под землей видела.

— Тебе надо родить ей внучатую племянницу.

— Да. Гриша ведь сын ее сестры. Но ты же знаешь, что это невозможно.

— Я знаю, конечно, у меня хорошая память. Я помню, что сказал отец Илларион. Но почему-то мне кажется…

Сильва молчала.

— У меня такое чувство, что ты родишь.

— Да ну? — Сильва недоверчиво усмехнулась.

К воротам подъехала голубая шестерка. К ней с радостным визгом кинулась небольшая беспородная собака, скакала возле ног мужчины, вышедшего из машины, он потрепал ее, пошел в дом. В доме на диване сидели двое очень молодых людей. Миниатюрная черноволосая девушка и парень лет восемнадцати. Они сидели рядом и молчали. Когда мужчина вошел в комнату, парень встал.

— Ну… — сказал мужчина, — пока в розыск тебя не объявили. Уж больно история странная. Не понимают, куда ты делся. Начальник тюрьмы пропал. Тела не нашли. Такую дают информацию. Наверное, сами и спрятали. У солдата лицо изорвано. Одиннадцать швов. Есть версия, что начальник СИЗО помог заключенному бежать. Что у них интимные отношения.

— Ты мне ничего не хочешь сказать? — улыбнулась девушка.

— Подожди, — отозвался парень. — Игорь Степанович, давайте маме все расскажем.

— И тете Сильве, — девушка тоже встала.

— Я в беседке ужинать соберу, — пожилая женщина, вошла в комнату, сказала, обращаясь к только что приехавшему мужчине.

— Я там в машине оставил, — отозвался мужчина, — масло там, Нина, колбаса, сыр, хлеб, конфеты тебе.

Черное небо, усыпанное звездами.

Теплая земля, нагретая солнцем за долгий день.

Интересно, как выглядит солнце оттуда? Со звезд? Может, его вообще не видно? А, может, оно выглядит, как вон та золотая песчинка в двух миллиметрах черноты от другой, такой же. Молодой месяц, как скобка, за которую вынесено мерцание. Очень яркое мерцание.