Книга Вор, страница 208 – Владимир Росс

Выхватив в свете фар искомый указатель, Сэм плавно сошел с исходного маршрута и помчался узенькой подъездной дорожкой. Еще чуть-чуть — и впереди выросли хлюпенькие ворота санатория. В охранной будке мелькнуло сонное морщинистое лицо и спустя мгновение сторож, с накинутой на плечи овчиной, выскочил навстречу.

— Куда прешь? А ну, поворачивай оглобли… Барский окрик, неожиданно прогремевший в ответ, осадил цербера похлеще доброго пинка. — Открывай, хрыч, родные пределы, поднимай администратора — пусть готовит люксовский апартамент, главного врача мне, водки. Живо! — заорал Сэм, узрев замешательство, и ускорил деду заторможенные процессы жизнедеятельности купюрой среднего достоинства. — Пошевеливайся, пень старый!

— Семен Мстиславович… — прозрел тот и, отомкнув замок, бросился к сокрытым в глуби зданиям.

Состояние Кристалла взывало к срочному вмешательству. Перед тем, как забыться, он изрядно поволновал Сэмэна. Нескончаемые остановки следовали одна за другой. Выбегая из машины, Кристалл травил бордюры желчью, а возвращаясь, жаловался на головокружение, непрестанную тошноту, и друг, чей богатый опыт позволял делать безошибочные выводы во многих областях жития, заключил: как минимум, сотрясение мозга. Неутешительный вывод подразумевал самое меньшее покой с постельным режимом, потому Сэм по дороге созвонился с урками и предупредил о задержке. Лапидарное: «Извините, так надо» избавило от расспросов и мучительных пояснений.

Место для короткой передышки, а именно санаторий-здравница «Сосновый бор», было выбрано не случайно. Евгений предпочитал его всем Ямайкам, Мальдивам и Филиппинам вместе взятым. А Сэмэну сам Бог велел.

«Там и врачи солидные, старой школы, — из тех, кого допускали к членам ЦК; воздух несравненный, успокаивающий; единение с природой и тишиной», — плюсовал в уме Сэмэн слагающие гарантированного, по его мнению, успеха в скором выздоровлении.

Через час блиц-обследования и суеты первой медицинской помощи Юрий возлежал на кровати под пуховым одеялом и, обколотый успокоительными, тихо посапывал перебитой носовой перегородкой. Немолодой доктор, примчавшийся с еще мокрым рентгеновским снимком к занятому друзьями коттеджу, расположенному в стороне от корпусов, снял с души камень.

— Слава Богу, без серьезных последствий, — прошептал он.

— Точнее, — потребовал Сэм. — Завтра. Когда будут готовы результаты анализов.

— Какие анализы? Голова цела?

— Цела, — убежденно подтвердил врач.

— Остальное беру на себя, — заявил Сэмэн. Скрипнула входная дверь и в комнату, пятясь задом, ввалился сторож. За ним, визжа на поворотах, въехал ящик водки.

— Что… Что такое? — охнул доктор.

— Где? — удивился Сэм. — А, это… Народное средство.

— Безмедикаментозное лечение, — поддакнул попавшийся на горячем дедок.

Консилиум зашел в тупик.

— Так дело не пойдет, — занервничал главврач и, заламывая руки, взмолился: — Вашему другу спиртное противопоказано. Категорически! Я снимаю с себя всякую ответственность.

Сэмэн не стал объяснять, что как раз в этом случае ответственность за пациента сняться так просто ну никак не может, да и вообще остерегся посвящать эскулапа в цепь своих умозаключений. А к прочему добавим: если человек сам не понимает чудотворное действие водки своей родной и близкой, то и объяснять нечего — бесполезно. Это как дарование свыше — либо оно дано, либо нет и ничего тут не попишешь.