Книга Вор, страница 110 – Владимир Росс

Вопрос слегка запоздал. Перевалив через бордюр, машина вползла в больничные ворота.

— Позже. Сначала выслушаем Башмака.

Рядом, мелькая голубыми вспышками, промчалась «скорая» на чей-то тревожный вызов. Усталость последних дней охватила Кристалла нелепым равнодушием.

«Кому-то явно стало нехорошо». Настроившись на самое худшее, он не испытывал ни сожаления, ни сочувствия. «На войне, как на войне». Перелистнув прочитанный лист своей жизненной книги, Юрий наткнулся на страницу, в первых же строчках которой читалось о безразличии — страшном, губительном, необъяснимом…

У входа в приемный покой маячила одинокая «девятка». Окрепший от грубой затяжки сигаретный огонек озарил во мраке салона помятое лицо Макара. Заметив «Паджеро», он выбрался наружу, и тут же из темноты больничной аллеи потянулись настороженные тени.

— Как для уличной беспризорщины совсем не плохо, — удовлетворенно отметил Кристалл. — Дружные ребята.

Всегда скупой на похвалу Сэмэн высказался прямолинейней:

— Отпугнуть может и отпугнут, ежели на бойскаутов нарвутся. Показуха. Двумя машинами бы им кислород перекрыл.

— Машинами? — Юрий улыбнулся. — А я думал по старой привычке: заревел, на задние лапы — и за Родину!

— Не зарекайся. Жизнь заставит — и севильским цирюльником запоешь…

Опустив стекло, Кристалл подозвал башмаковца.

— Где он?

— В хирургии, на третьем. Шестая палата. Там Неотложка с Шайбой помогают. Мусора с полчаса как уехали. — Макар сплюнул. — Шпионили тут с самого утра, а когда дознались за папашу — слиняли.

— Родителям звонили?

— Мамзель объяснялась. Отец с минуты на минуту заявится.

Пока положенец успокаивал взбунтовавшуюся дежурную сестру, расторопный Сэмэн успел побывать в ординаторской и теперь несся к другу на помощь, развевая за спиной белоснежную мантию. Обнажившиеся из-за коротких рукавов синие, в татуировках, запястья были догадливо спрятаны в карманах. Кишка фонендоскопа раскачивалась генеральским аксельбантом.

— Что ж это вы, милая, саботаж устроили? — гаркнул он. — А ну, не задерживайте коллегу из реанимации. Нашли время шашни устраивать! За мной, профессор Преображенский!

Юрий виновато подмигнул растерявшейся женщине и рванул за Сэмэном, который, не стесняясь в выражениях, распекал впереди неуклюжих санитаров, перевернувших каталку, на их счастье пустую…

У палаты № 6 Кристалл обернулся. Сэмэн, постоянно сверяясь с аннотацией, втолковывал какой-то бабуле правила приема пилюль. На мгновение мрачное настроение улетучилось.

— Разжуете, мамаша, на ночь две таблетки и запьете.

— Ась, сынок? Како-тако ружье?

— Раз-жу-е-те!!!

— Бог с тобой, голубчик, чем же мне жвакать, старо'й?

— А вы их, мать, в тряпочку заверните и тумбочкой сверху…

Перекрестившись, старуха вырвала из его рук пузырек и бросилась наутек.

— Подожди меня здесь, — крикнул Юрий, исчезая за дверью. Друг в дополнительных разъяснениях не нуждался. Оставив больничных обитателей в покое, Сэмэн загородил широкой спиной вход в палату и замер.

Несмотря на скуку, молоденькую сестрицу милосердия, фланирующую по коридору, он отчаянно пытался проигнорировать. Покачиваясь уточкой, она приближалась, несомая пассатом французской туалетной воды. Мужественно одолевая соблазн, Сэмэн упорно пялился на свои ботинки и почти праздновал победу духа над разумом, когда услышал: