Книга Янтч, страница 33 – Майлз Нортон

Но готовый интерфейс был лишь половиной дела. Нужны были девушки – живые, красивые, отчаянные. Джон начал с университетских форумов, где студентки искали подработку. Он создал фейковый аккаунт и разместил объявление: «Ищем моделей для элитного стримингового сервиса. Гибкий график, анонимность, доход от $200 в час».

Первые отклики пришли уже через два часа. Джон отсеивал слишком наивных, слишком жадных, слишком умных. Оставлял только тех, кто в переписке проявлял ту самую грань между отчаянием и амбициями.

На следующий день он арендовал студию в центре города – нейтральное пространство с мягким светом и дорогой мебелью. Первая девушка, Кейт, пришла с трясущимися руками и накладными ресницами.

— Это… легально? – спросила она, пока Джон наливал ей кофе.

— Абсолютно, – он показал ей демоверсию приложения. – Видишь? Обычные видеочаты. Никаких запрещенных материалов.

Его пальцы скользили по экрану, демонстрируя «безопасные» функции. Но когда Кейт подписала контракт, Джон незаметно активировал второе меню – то самое, где цены были втрое выше, а условия – втрое опаснее.

К вечеру у него было пять подписанных договоров. Пять новых лиц в базе. Пять жизней, которые теперь зависели от его алгоритмов.

Джон закрыл ноутбук и потушил свет в студии. В темноте экран его телефона вспыхнул. Сообщение от Карла: «Завтра в 10. Покажешь прогресс».

Он вышел на улицу, где первый осенний дождь смывал с тротуаров следы. Приложение было готово. Механизм запущен.

Быстро добравшись до двери дома, Джон щелкнул дверным замком три раза – старая привычка, от которой не мог избавиться. Крохотная студия встретила его запахом вчерашней лапши быстрого приготовления и пыли. Он швырнул ключи на потертый кухонный стол, где они заскользили по пятнам от кружек.

Холодильник гудел, как умирающий мотор. Джон достал полупустую бутылку дешевого виски – того самого, что покупал еще студентом. Лед закончился два дня назад, поэтому он налил прямо в грязный стакан, оставшийся с утра.

Осел на продавленный диван перед единственным окном. Отсюда открывался вид не на сверкающий город, а на глухую стену соседнего дома и пожарную лестницу. На подоконнике дрожали от сквозняка три кактуса – единственные «комнатные растения», которые он мог себе позволить.

Телефон завибрировал в кармане. Новое сообщение от одной из девушек: «А когда мы начнем зарабатывать?» Джон отшвырнул телефон на кровать, где тот утонул в груде нестиранного белья.

Первый глоток обжег горло. Второй уже не чувствовался. В тусклом свете уличного фонаря приложение на экране ноутбука выглядело почти красиво – этот цифровой Франкенштейн, сшитый из украденного кода и грязных обещаний.

Его рука потянулась к бутылке на тумбе – привычным жестом, почти рефлекторно. Замерла. Пальцы сжались, разжались. Передумал. Вместо этого он наклонился, ковырнул под кроватью, вытащил пыльную коробку с надорванной крышкой.

«Лара», – будто прошептал кто-то в тишине. Груда мелочей: билеты в кино, сломанная заколка, высохшая помада. А на самом дне – маленькая елка, склеенная из кофейных зерен. Ее работа. Он поднял ее, ощутил шершавость под пальцами, прижал к лицу. Запах ударил в ноздри – крепкий, горький, как тогда. Тогда она смеялась, а он смотрел на нее с тем выражением, которого больше никогда не было на его лице.