Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 44 – Кристофер Триана

Лори обняла себя руками, словно это могло помочь ей собраться с мыслями. Базз снова приложился к фляжке, потянулся рукой назад и завел мотор. Лодку дернуло вперед – Лори пришлось схватиться за сиденье. Эбби пошатнулась, но удержалась, издав смешок от толчка. Но она выглядела ужасно измученной и разбитой – бледная как мел, вся скрюченная. Лори попыталась выбросить из головы песню Базза, но слова никак не отпускали. Глядя на сестру, она почувствовала, как подкатывает тошнота, и поняла, что резкий старт тут ни при чем. Тошнота была привычной напастью.

— Сестрен…

— Да, Эбби?

— Тебя отымеют.

Лори ахнула. Посмотрела на сестру, хихикающую в кулачок. Взглянула на Базза. Он, приподняв брови, посмотрел на нее.

— Не говори так, Эбби.

Та фыркнула.

— Сестрену жестко трахнет новый парень. И ей понравится.

— Прекрати!

Эбби смеялась все громче и громче.

— Сестрене нравится трахаться! Сестрене нравится трахаться! Сестрене нравится…

Лори схватила сестру за кофту и встряхнула.

— Что ты заладила? Ты же знаешь, нельзя так говорить. Тем более о сестре.

Эбби подняла на нее глаза. Лори снова ахнула. Глаза сестры изменились – потемнели, зрачки расширились. Бледность лица подчеркивала их – два черных шара, блуждающих в белой пелене. Эбби снова захихикала, показав зубы. Кривые и выщербленные, они блеснули в сумерках. Губы скривились в жестокой усмешке.

— Знаешь, я могу его забрать, – заявила она.

Лори отпрянула.

— Я могу забрать твоего парня, – продолжала Эбби. – Могу забрать его в любой момент, когда захочу. Точно так же, как забрала Дэвида.

Лори судорожно выдохнула, пронзенная болью. Это воспоминание никогда ее не покидало, но она не сомневалась, что оно покинуло Эбби. Годами сестра не говорила о Дэвиде. С той самой трагедии. Почему же она заговорила о нем сейчас? И почему так глумливо? Даже если она просто хотела черно пошутить, это все равно не похоже на Эбби. Дразнить и провоцировать – это не про нее.

Базз, похоже, тоже был порядком шокирован. Он тактично отвел взгляд и смотрел вдаль, как будто ничего не происходит. Лори потеряла дар речи, но Эбби уже замолчала. Только подхихикивала в кулачки.

Если она помнит Дэвида… что еще она помнит?

Дражайший Эдмунд!

У меня есть скелеты в шкафу, и я хочу поделиться ими с тобой. Мрачными тайнами, которые не раскрывала никому. Я творила ужасные вещи и хочу, чтобы ты об этом знал: это поможет тебе осознать, что мы не такие уж разные. Я понимаю, каково это – совершить нечто страшное, понимаю, как это бывает, когда внутри прорастает нечто черное и злое и берет верх. Порой оно вырастает из ревности, порой из зависти. Может прорасти из жадности, из гнева, из ненависти или отчаяния. Бывает, что горе вырождается в гнев и разъедает человека изнутри. Я знаю это абсолютно точно – как и то, что унесла бы свои деяния в могилу, не рассказав о них никому, если бы не ты…

Увидев слезы, катящиеся по щекам отца, Лори похолодела. Она никогда не видела отца плачущим. В ее глазах он был непоколебимой скалой. Самый настоящий молчун, он редко выражал свои эмоции. Лори знала, что он любил ее, Эбби и маму, но той любовью, что выражалась без всяких слов, той любовью, которая чувствовалась без объятий и поцелуев. Он не был холоден с семьей, просто достаточно сдержан. Для Лори этот нордический характер олицетворял силу.