Книга Во имя народа, страница 148 – Чжоу Мэйсэнь

Хоу Лянпин понимал, что Оуян Цзин и Гао Сяоцинь говорят правду. Теперь он мог под совершенно новым углом взглянуть на Цай Чэнгуна, внимательно изучить его. К немалому его удивлению, оказалось, что его приятель – корень всех бед. Полная обиды и ненависти, Оуян Цзин говорила правду. Не приходилось сомневаться и в словах Гао Сяоцинь. На фоне того, что устроил Цай Чэнгун, она выглядела честной, как белый лотос посреди болота. Стало ясно, что направление, в котором велось дело, было полностью неверным: Цай Чэнгуну всех удалось обвести вокруг пальца. Хоу Лянпин уже и не знал, кого ему разносить в пух и прах – друга детства или себя самого, но в глубине души продолжал повторять себе себе: не торопись, не торопись.

В заключении Цай Чэнгун начал выкручиваться, жаловаться, что уже не выдерживает напряжения, что рана на голове не долечена, а городской отдел общественной безопасности всё еще удерживает его в СИЗО. Снова просил устроить встречу с Хоу Лянпином: есть дело, о котором он скажет только ему и только лично.

Хоу Лянпин, глядя на экран, с невозмутимым лицом вступил в диалог:

— Цай Чэнгун, сейчас я говорю с тобой, ты меня не видишь, но я могу видеть тебя! Ты совсем заврался, несешь чушь, меня это уже достало. Прекращай этот спектакль и отвечай на мои вопросы, исходя из фактов. Сколько в итоге ты должен банкам по кредитам? На какую сумму ты оформил социальный кредит под высокий процент?

Цай Чэнгун жалобно лепетал на большом экране:

— Начальник Хоу, если ты всё знаешь, зачем спрашиваешь? У меня за эти годы образовалось слишком много долгов, мне этого за всю жизнь не вернуть! Коллекторская мафия меня не пощадит, поэтому я хочу, чтобы меня посадили в тюрьму! Хоуцзы, я… я рискую жизнью, оставаясь на свободе. Ты же не бросишь меня на произвол судьбы?

Следствие было явно введено в заблуждение: стал очевидным тот факт, что Цай Чэнгун и Дин Ичжэнь залезли в большие долги, Цай Чэнгун же успешно прикинулся потерпевшим! Хоу Лянпин лишь теперь с сожалением понял, что когда дома, в Пекине, Цай Чэнгун сделал заявление по поводу Дин Ичжэня, а теперь наговорил на Оуян Цзин, он тем самым преследовал определенную цель. Дин Ичжэнь – вице-мэр, Оуян Цзин – жена Ли Дакана. Цай Чэнгун просто стремился привлечь его внимание, чтобы Главное управление по противодействию коррупции начало расследование! Друг детства влез в долги и, перепугавшись до смерти, решил обеспечить себе каникулы в тюрьме.

Сопоставление фактов показывало, что Цай Чэнгун вовсе не нуждается в защите. Заканчивая допрос, Хоу Лянпин по собственной инициативе предложил: раз уж обстоятельства таковы, дело Цай Чэнгуна нужно вернуть городскому отделу общественной безопасности для продолжения расследования! Цзи Чанмин это одобрил:

— Хорошо, я сегодня санкционирую арест, с которым изначально торопил Чжао Дунлай.

На сердце у Хоу Лянпина лежал камень, он надеялся, что руководство выскажет слова критики. Однако их не последовало – напротив, его пригласили вечером на барбекю. Хоу Лянпин вежливо отказался: им с товарищами нужно еще раз всё обдумать и обсудить. При расставании Хоу Лянпин подавленно сказал:

— Прокурор Цзи, я в этот раз вас разочаровал?

Цзи Чанмин похлопал его по плечу:

— Разочаровал в чем? Нужно смотреть на вещи прямо! Истинная подоплека инцидента 16 сентября в целом прояснилась, доказательства того, что Оуян Цзин получила взятку в пятьсот тысяч, тоже на руках. К тому же есть еще одна неожиданная удача: дело о должностном преступлении негосударственного должностного лица в банковской системе! Неужто Цай Чэнгун давал взятки только Оуян Цзин? В других банках города тоже наверняка получали взятки. Кредитных банков много; каким же еще образом этот делец смог получить пятьсот-шестьсот миллионов? Ты должен всё это хорошенько расследовать, до самого конца!