Книга Холодное послание, страница 55 – Дарья Литвинова

— Елена Константиновна Маликорская?

— Да.

— По поручению следователя следственного комитета Парягина я сейчас допрошу вас в качестве свидетеля по уголовному делу. Легостаев Дмитрий Александрович – ваш сожитель?

— Он мой будущий муж, – с достоинством поправила Маликорская. – Сожитель – это что-то… пошлое.

— Он рассказывал вам о том, что нашел труп мужчины, следуя на работу седьмого января, утром?

— Вы так смешно говорите – следуя на работу…

— Елена Константиновна, рассказывал или нет?

— Рассказывал, конечно. У нас нет секретов, да и к тому же это так волнующе – труп…

Калинин уставился на Леночку, пытаясь понять, не издевается ли она. Леночка оставалась совершенно серьезной.

— Что он вам рассказывал?

— Ну, что шел по дороге, потом вдруг увидел – лежит мужчина. Подошел к нему, потрогал пульс, понял, что он мертвый, вызвал милицию и никого не подпускал к трупу, чтобы следы не затоптали и улики не унесли. Он очень мужественно поступил, правда?

— Правда. Где вы проживаете?

— Березанского, двенадцать, квартира сорок три.

— Во сколько Легостаев вышел от вас седьмого января?

Леночка задумалась.

— Понятия не имею.

— А конкретнее?

— Наверное, часиков в семь… или нет, нет, в шесть. Или в семь? – она беспомощно посмотрела на Калинина. – А вам он что сказал – во сколько вышел?

— Что он нам сказал, мы знаем. Мне хочется услышать от вас, во сколько ваш… будущий муж ушел из квартиры.

— Черт, мы так и не договорились с ним, какое время называть! – в сердцах бросила Леночка и покраснела. Калинин насторожился. – То есть… я хочу сказать, что теперь в показаниях будут разногласия и вы начнете его подозревать.

— В чем подозревать?

— Ну я не знаю… Вы ведь на то и милиция, чтобы вечно кого-то подозревать.

— У вас есть какие-то подозрения насчет вашего будущего мужа?

— У меня? Увольте. Хотя да, есть, – оживилась Леночка, – я подозреваю, что он в травматологии, когда с пациентами совсем завал, не сам всех осматривает, а легких поручает ассистенту. А это запрещено.

Калинин и Микулов смотрели на нее во все глаза. Вроде бы и на идиотку не похожа, а выдает на-гора глупости одна за другой, при этом вид настолько искренний, что не поверить невозможно.

— Легостаев пришел к вам шестого января?

— Да.

— Во сколько?

— Мы вместе вернулись домой, примерно в половине десятого, – Леночка подхватила ускользнувшую было полу плащика. – Были в ресторане «Двенадцать», ели пекинскую утку, салат маккарти, на десерт – профитроли с кракелюром. Пили вино. Марку вина нужно говорить?

— Ночь с шестого на седьмое вы провели вместе с Легостаевым?

Леночка посмотрела на Калинина с достоинством.

— Какое это имеет значение? А если не с ним, вы что, предадите мою личную жизнь гласности?

— Елена Константиновна, хватит ваньку валять! – не выдержал Калинин; работы невпроворот, Бараев каждый час вызывает и пропесочивает, как будто капитан лично виноват в том, что проклятого покойника никто в районе не знает, следователь трезвонит, а еще своих дел, не связанных с убоем, вагон и маленькая тележка – а тут свидетельница сидит, благоухает и издевается. – Легостаев с десяти вечера шестого января по шесть утра седьмого января находился у вас дома?!

— Не надо на меня орать. Я ведь могу и оскорбиться.

— Отвечайте на вопрос.