Книга Газовый убийца. История маньяка Джона Кристи, страница 49 – Кейт Саммерскейл

По словам хозяйки, она узнала о беременности Риты только уже после ее исчезновения. В ее комнате она нашла несколько писем от ухажеров, в том числе, «конечно же, американцев». Похоже, она предполагала, что Рита скрылась по собственной воле, и что, забеременев, она потеряла право на сочувствие.

«На вашем месте я бы так не переживала! – писала хозяйка матери Риты. – Дочь, ведущая себя так по отношению к матери, не заслуживает ни капли слез. У меня тоже есть дочь, и, слава Богу, одна из лучших, которых Он когда-либо создал. Она мой единственный ребенок – и очень счастлива в браке, детей у нее нет, зато есть прекрасный дом и все блага, которые только можно хотеть от жизни. Жаль только, что такие матери, как вы, не могут разделить мою радость и счастье иметь такую идеальную дочь». Это была прикрытая состраданием жестокость по отношению к убитой горем матери, но, возможно, хозяйка так старалась успокоить сама себя тем, что ее собственная дочь выросла хорошей, а потому ей ничего не угрожает.

Когда Риту обнаружили в нише квартиры Кристи, на ней были бежевое платье, розовая комбинация и голубой вязаный кардиган, а ногти на руках были выкрашены в красный цвет. Она все еще носила ребенка. Кристи заявил в полиции, что она пришла к нему домой, потому что хотела снять комнату, и при этом не упомянул, что уже был с ней знаком. Вполне возможно, что Рита искала жилье в январе, опасаясь, что хозяйка выгонит ее, когда узнает о беременности и увольнении. А возможно, Кристи сказал ей, что может прервать ее беременность, хотя она была уже на очень большом сроке для аборта. Вероятно, она была в довольно отчаянном положении, чтобы рискнуть. Обстоятельства не позволяли ей оставить ребенка, и ей предстояло не только родить, но и опять расстаться со своим младенцем.

Гекторина Маккей Макленнан, последняя жертва Кристи, родилась в Глазго в 1926 году²¹. В двадцать один год у нее появилась незаконнорожденная дочь Мэрион, а через год она переехала с семьей в Англию. Она с дочерью, ее родители, а также две сестры и два брата поселились в районе Эрлс-Корт на западе Лондона. Ина, как ее называли, была высокой брюнеткой, носила яркую, хотя и растрепанную одежду: коричневый твидовый костюм, белую блузку, красный галстук, кожаные перчатки, черные туфли на высоком каблуке, красное пальто. Она много курила.

Ина и ее младшая сестра Бенджамина начали встречаться с парой бирманских летчиков, которых навещали в Портсмуте по выходным, и в 1950 году Ина забеременела от своего ухажера по имени Кхин Маунг Сое Хла. По словам самой Ины, они поженились в Портсмуте в том же году, и Хла навещал ее в Эрлс-Корте после рождения их дочери Джулин в январе 1951 года. Когда он вернулся в Бирму, Ина подала заявление на получение паспорта, чтобы она с детьми могла присоединиться к нему. Она начала откладывать деньги на поездку.

В течение следующих двух лет Ина устраивалась на работу горничной и уборщицы в кинотеатре, но ей с трудом удавалось сводить концы с концами. В конце 1952 года она устроилась на работу по уходу за ребенком Алекса и Дороти Бейкер в Ноттинг-Хилле за один фунт в неделю. Алекс, водитель грузовика, сорока четырех лет, влюбился в Ину и в январе оставил семью, чтобы переехать с ней в комнату в районе Хаммерсмит. Через две недели они поссорились, он разозлился на то, что однажды вечером она не пришла домой. Ина порвала с Алексом, и он вернулся к себе домой.