Книга Однажды в Гарлеме, страница 52 – Колсон Уайтхед

— А фамилия как?

— Мы с ней вместе работаем в «Терезе». Она забыла сумку.

Управляющий сверился с документами.

— Ее нет дома.

— Может, я передам сумку Джо?

Управляющий поправил очки, дожидаясь, пока посетитель заметит слабое место своего замысла.

— И где сумка?

Карни махнул в сторону улицы:

— У меня в машине.

Двери лифта открылись, в вестибюль королевами выплыли две леди с пышными прическами и в блестящих вечерних платьях.

— Я не знаю никакого Джо, — сказал управляющий.

Карни завернул за угол и остановился подумать. Фредди, рассказывая об ограблении, упомянул стрип-клуб Малыша. Не то на Сто тридцать шестой, не то на Сто тридцать седьмой улице, угол Восьмой авеню. Сам Карни с Майами Джо связываться не станет, этим займется Перчик. Но чем мерить шагами гостиную, все лучше выследить подлеца и потом уж позвать громилу. Альма редко засиживается у них позже десяти часов вечера. Дома скоро станет тихо. Карни направился в стрип-клуб Малыша.

* * *

Майами Джо закон не чтил и не любил земных его представителей: шерифов и их помощников в родной Флориде, копов и сыщиков здесь, в Нью-Йорке. И если они имели неосторожность остановить его, когда у него в кармане пистолет, он отстреливал их без жалости. Жертв своих ограблений он презирал, но на иной манер — как ребенок, который давит ботинками тараканов. Жертвы — беспомощные ничтожества, и, обстряпав дело, он тут же о них забывал — и неважно, что это было за дело, ограбление или убийство. Если прежде, к примеру, Артур занимал его мысли, то теперь там было пусто. И пустоту эту вскоре заполнит следующая работенка. А потом он завершит и ее.

Едва Гиббз, управляющий, который дежурил в тот вечер, позвонил в комнату Бетти, как Майами Джо сбежал по пожарной лестнице. Прижимая к ноге пистолет. Быстрее. Майами Джо не ожидал увидеть торговца мебелью со Сто сороковой улицы. Перчик почуял бы, что он рядом. Чинк подослал бы к нему двоих. Майами Джо повезло. Он подобрался поближе, встал на одно колено, положил ствол на предплечье, прицелился и спустил курок.

День завершился так же, как начался: под двухфутовой вывеской с фамилией «Карни» его поджидали мужчины сурового нрава.

Детство Карни, как у всех обитателей Гарлема, прошло средь осколков стекла на спортивных площадках, уличных стычек — стоит лишь выйти из дома — и треска выстрелов. Он сразу узнал этот звук и нырнул за помойные баки. Обернувшись, Карни увидел Майами Джо: тот выстрелил второй раз, и пуля ударила в алюминиевую крышку соседнего бака. До угла было два шага, и Карни бросился наутек.

Порой в Нью-Йорке бывает такое — заворачиваешь за угол и, словно по волшебству, оказываешься в совершенно другом городе. На Сто сороковой темно и тихо, на Гамильтон бурлит веселье. В бар по соседству — судя по звукам, там играют бибоп — тянется очередь, а рядом с баром какие-то испаноязычные парни пьют вино и играют в домино в свете из окон цирюльни. Играющие в домино работают в этой цирюльне: днем она позволяет им заработать на оплату жилища, вечером предоставляет убежище от семьи. Карни протолкался сквозь очередь и припустил прочь. Мимо него в противоположном направлении проехала патрульная машина. Карни оглянулся через плечо. Майами Джо не видать. Если Карни заметил копов, то и Майами Джо тоже. Едва копы отъехали подальше, Карни побежал со всех ног.