Книга Большая махинация, страница 146 – Балдуин Гроллер

Заседание комиссии длилось недолго. В основном все собрались только для того, чтобы вместе отправиться на осмотр места преступления. Определенные меры были предприняты уже сразу. Когда егерь обнаружил тело, он оставил там двух своих помощников, чтобы никто не смел приближаться к месту преступления и тем более что-то трогать. Затем он разбудил окружного судью и главу жандармского поста, после чего на место были отправлены две патрульные группы – два жандарма и два вооруженных лесника.

Все присутствующие уже знали, что среди них присутствует знаменитый детектив, и вопросительно поглядывали на Дагоберта: одобрит ли он принятые меры.

— Пока все в полном порядке, – ответил Дагоберт на незаданный вопрос. – Но теперь мы должны как можно скорее попасть на место преступления. Дорога каждая минута.

Грумбах сообщил, что тело Матиаса Дивальда найдено в пятнадцати минутах ходьбы от замка, и поинтересовался, пойдут ли они пешком или воспользуются экипажами.

— На всякий случай лошади уже запряжены, – добавил он. – Хотя если идти пешком, то по дороге можно обнаружить какие-то улики.

Вопреки этим доводам, Дагоберт постановил, что нужно ехать. Он мотивировал это тем, что поиски следует начинать непосредственно от места преступления.

Члены комиссии разместились в двух экипажах, а замыкал процессию Мариус за рулем автомобиля, в котором сидели госпожа Виолет и Дагоберт. Не прошло и двух минут, как госпожа Виолет велела остановиться. Она вышла и опустила милостыню в шляпу калеке-нищему, сидевшему у обочины.

— Вы могли бы бросить ему деньги из окна, милостивая госпожа, – заметил Дагоберт, когда она снова села в машину.

— Нет, Дагоберт, так нельзя. Только взгляните на него… Что он будет делать, если я не попаду в шляпу? Он ведь едва передвигается…

Дагоберт присмотрелся внимательнее. Перед ним действительно был калека отталкивающей наружности. Безобразно большая голова с признаками гидроцефалии, массивные плечи, несоразмерно длинные и мощные руки, а нижняя недоразвитая часть тела представляла собой еще более жуткое зрелище: ноги как у четырехлетнего ребенка, причудливо искривленные и уродливые. Трудно было даже представить, как это существо передвигается.

— Вперед, Мариус! – скомандовал Дагоберт, когда госпожа Виолет заняла место в автомобиле. – Мы должны прибыть первыми.

В кратчайший срок они не только наверстали потерянное время, но и значительно обогнали другие экипажи. По дороге госпожа Виолет вновь завела речь о калеке.

— Его зовут Липп, и это единственный нищий в наших краях, – сказала она и, словно оправдываясь, добавила: – Я могла бы устроить так, чтобы он не нуждался в подаяниях, но мне всегда казалось жестокостью лишать его привычного занятия. Так он хотя бы сидит на обочине, смотрит на солнце, траву, деревья… Неужели бо́льшим благодеянием будет запереть его на всю жизнь в четырех стенах?

Хорошо укатанная дорога, по которой они ехали, стала заворачивать в сторону, огибая опушку леса. Вскоре они заметили двух вооруженных лесников, и Дагоберт приказал остановиться.

— Вам, милостивая госпожа, – сказал он, – полагаю, лучше остаться здесь. Вид мертвеца не для ваших глаз. Я обязательно сообщу, если обнаружу что-либо примечательное.

С этими словами он направился к месту происшествия. Два сторожа добросовестно исполняли свои обязанности: старший из них сообщил, что за это время они никого к телу не подпускали, выразительно кивнув на толпу местных крестьян, жавшихся на почтительном расстоянии. Дагоберт не стал прикасаться к покойнику, но внимательно осмотрел все вокруг в поисках улик.