Книга Дело о золотой мушке, страница 29 – Эдмунд Криспин

— Что ж, ребята, – сказала она, – как вы себя чувствуете после вчерашней попойки? Бедный Дональд, ты слегка позеленел.

— Мне кажется, именно нам следовало бы задать тебе этот вопрос, – сухо произнес Найджел.

— Я вчера здорово напилась? – Она натянуто рассмеялась. – Что ж, мы молоды лишь раз в жизни, как говорит расхожее клише. Я, э, заходила к тебе в комнату сегодня утром, Роберт, дорогой. Как жаль, что не застала тебя. Боюсь, дорогой Найджел, увидев меня выходящей оттуда, подумал что-то ужасное. Как и Рэйчел. Жаль, что мне пришлось с ней столкнуться: мне казалось, я так осторожна. – Она подняла стакан дрожащей рукой и залпом опрокинула в себя половину содержимого. – Я все-таки нашла то, за чем приходила. – Она вкрадчиво улыбнулась.

— Я очень рад, – произнес Роберт. – И как ты сказала, какая жалость, что я тебя не застал.

— Ничего страшного, дорогой.

«Начались двусмысленности», – мрачно подумал Найджел.

Роберт продолжил:

— Выходит, мы не увидимся сегодня на репетиции, но, как я понимаю, ты о чем-то хотела со мной поговорить…

Она приподняла брови.

— Я, дорогой? Совершенно ни о чем. У тебя такой заговорщицкий вид… скажи, Найджел? Как будто ты хочешь подсунуть мне чек за шантаж. Если так, я уверена, остальные не станут возражать. Ну, конечно. Я не принимаю никаких чеков и не занимаюсь шантажом. Это так неразумно, к тому же гораздо, гораздо лучше, когда открывается правда.

— О чем ты говоришь, Изольда? – резко спросил Дональд.

— Ни о чем, дорогой. Просто шутка. Шутка, понятная немногим.

— Мне пора идти, – неловко пробормотал Дональд.

— О, неужели, Дональд? Ты собираешься упражняться в игре на органе? Смотри, играй как следует.

Дональд поднялся, забрал ноты и некоторое время смотрел на нее. Затем круто повернулся и вышел. Изольда улыбнулась ему вслед и произнесла:

— Милый мальчик, только чуточку неуклюжий. Давайте я куплю вам обоим выпить.

Найджел непроизвольно поднялся.

— Что ты пьешь? Коктейль виски с вермутом? Пройди со мной к бару, Найджел, и помоги отнести стаканы.

На пути к бару Изольда продолжала оглядываться через плечо и улыбаться Роберту. Подойдя, она оперлась спиной о стойку и предоставила заказ Найджелу.

На беду, когда бармен протянул Найджелу бренди для Изольды, стакан выскользнул у него из рук и разлился по бару. Найджел поспешно оттащил Изольду, но все-таки несколько капель попало на ее блузку.

— Черт! – воскликнула она. – Ты, болван неуклюжий! Немедленно дай мне носовой платок, чтобы это стереть.

Найджел протянул ей носовой платок, не находя в себе ни малейшего сожаления за произошедшее, и заказал еще бренди, пока Изольда безуспешно оттирала пятно. Он вдруг почувствовал подступающую тошноту – наверное, запоздалые последствия вечеринки – и ужасную усталость от Изольды и от всех с ней связанных. Его охватил приступ мрачной раздражительности. «Господи, чтоб им всем «повеситься на собственных шнурках»^[44], – подумал он.

Они вернулись к Роберту с напитками (за которые Изольда предусмотрительно забыла заплатить). Найджел видел, как она быстро огляделась, а затем вся сжалась и покраснела от ярости. Во взгляде, направленном на Роберта, была такая ненависть, что слезы невольно навернулись ей на глаза.

— Чтоб тебя! – воскликнула она. И, грохнув стаканом об стол, схватила сумку и ушла.