Книга Лето&Детектив, страница 16 – Татьяна Устинова, Марина Крамер, Анна и Сергей Литвиновы, и др.

Временами покрытие вовсе исчезало — даже обычная телефонная сеть. Начнешь открывать сайт, или фотографию, или карту — и тянуться этот процесс может бесконечно.

Вдобавок компа под рукой нет, один смартфон с крошечным дисплейчиком.

Но все равно главный инструмент — голова на плечах — имелся.

Первым делом Татьяна поглядела карту раскинувшегося на берегу Волги города М. Нанесла на нее метку, где была прописана на улице Авроры семейка Качаловых-Черевикиных.

Глянула, далеко ли Ольге Качаловой было ездить в свою областную клиническую больницу. Потом просмотрела адреса остальных пассажиров вагона.

Помнится, ведь был среди них м-ский уроженец. И впрямь, им оказался тот самый красавчик, на которого девушка сразу обратила внимание: Илья Ходыженцев, 1977 года рождения, разведенный с 2011 года, двое детей — шестого и восьмого года. Адрес по прописке — М., улица Гагарина, дом 24А.

Таня взглянула на карту. А они-то, две прямые и длинные городские артерии, Авроры и Гагарина, на карте города рядом! Пересекаются под прямым углом. И от дома Качаловых-Черевикина до дома Ходыженцева — пара километров!

Но, с другой стороны, подобная географическая близость ничего не доказывает. Мало ли кто с кем рядом живет в городе-миллионнике!

Тогда Татьяна стала штудировать соцсети. Искать в них Качалова, Качалову, Черевикина, Ходыженцева.

В Фейсбуке — нет. В Одноклассниках — нет. А вот ВКонтакте нашлись и Ольга Качалова, и Илья Ходыженцев.

И — опа! — они, Ходыженцев и Качалова, оказывается, числятся друг у друга в друзьях!

Значит, знакомы? Почему же тогда в поезде и позже, в ресторане, когда началось следствие, делали вид, что друг дружке неведомы?

Правда, никаких больше свидетельств их связи в соцсети не находится. Никаких совместных фотографий. Никаких перекрестных лайков. Ничего.

Тогда Таня решила подробнее изучить личность гражданина Ильи Ходыженцева. Забила в поисковике его фамилию — благо не самая распространенная — и пометку, откуда он.

И — ничего себе! — в раздаче появилось: врач, хирург. Правда, больница другая, нежели та, где служит Ольга, — М-ская городская номер три (та, помнится, медсестра в областной клинической). Но все равно вторая сцепка между обоими налицо — единая профессиональная среда.

Изображение каждого, соло, в Сети имелось. И не одно.

Но совместных — ни единого. Значит, все-таки незнакомы? Или шифруются?

Берегутся? Опасаются?

Опасаются — кого? Ее мужа? Его бывшей жены? Детей? Коллег?

И тогда Татьяна запустила в поисковике: «Отыскать по изображениям». Глаза уже вытекали, когда, спустя несколько часов интернет-серфинга, на сайте минздрава М-ской области, наконец, обнаружилось их совместное фото: молодые, красивые, улыбающиеся — и главное, рядышком, плечом к плечу! Подпись: научно-практическая конференция, сентябрь 2017 года.

Значит, наверняка-таки знакомы лично.

Правда, на том фото присутствовали еще пять человек, врачей и медсестер.

Поэтому и от снимка влегкую можно отбояриться, и это не доказательство.

Но основания хотя бы задать вопрос подозреваемым имеются: если они знакомы, почему тут, в вагоне, и позже, в ресторане, упорно не обращали друг на друга внимания?

И еще одно. Отчим очень просил вспомнить — ночью она ведь не спала, бродила по коридору, — была ли заперта дверь соседнего купе. Того самого, где произошло убийство. Это ведь видно снаружи — повернута защелка внутри или нет.