Книга Рубиновый, страница 45 – Дарья Донцова, Елена Михалкова, Мария Брикер, и др.

— Ну что ж, – тихо сказала я, – не откажусь.

К тому моменту мне было уже совсем паршиво.

— Вот и порядок. Сейчас мы с вами немного выпьем, развеемся, а там и Паша нагрянет. Это я вам обещаю. Мы его немножко поругаем, а потом простим. Правда? – И он мне подмигнул.

Я посмотрела Герману в глаза, но тут же отвела взгляд. Такое яростное изумрудное пламя полыхнуло в них, что я не смогла этого выдержать и стушевалась. Хотя подобное поведение было мне несвойственно.

— Вот и договорились. – Он сел рядом и придвинул ко мне рюмку.

— Отвлекись от проблем. А то я не могу смотреть, как ты… – Он перешел на «ты» и, не докончив фразы, налил мне вина. Золотисто-медовый напиток был очень вкусен…

— Букет очень хорош.

— Я же говорил…

Он налил мне вторую рюмку, наши пальцы встретились, и я поспешно отдернула руку, пролив немного вина на бирюзовое платье.

— Ой! – огорченно воскликнула я.

— Пустяки. До свадьбы отойдет. А когда у вас свадьба?

— Мы еще об этом не говорили.

Какое-то время мы сидели в молчании. Я все больше и больше испытывала неловкость в присутствии этого человека. Неловкость и волнение. И как я ни старалась справиться с собой, это у меня получалось плохо…

Герман же все больше мрачнел, пока наконец не выдохнул:

— Может, осмотрим дом? Вы здесь раньше бывали?

— Нет, – мотнула я головой. – В первый раз. Паша хотел сделать мне сюрприз.

— Похоже, ему это удалось, – хохотнул Герман. Но смех оборвался так же внезапно, как и начался. – Прости…

— Да ладно. А вы здесь бывали?

— Не-а. Я вообще давно с Пашей не виделся. Если быть точным – пять лет. Мы не были с ним близкими приятелями. Мы – бывшие одноклассники. После школы все разлетелись кто куда, первое время еще встречались, перезванивались. Потом паузы стали длиннее… Но мы с Пашей друг друга из вида не теряли. У него судьба такая… трагическая. В девятом классе у Паши мать умерла – в ванной инфаркт приключился. Вам он об этом не рассказывал?

Я покачала головой:

— Не рассказывал. Он только сказал, что родителей у него нет. Мать умерла, а отец их бросил, когда Паша был совсем маленьким.

— Верно, – кивнул Герман. – Все так и было. Пашка после смерти матери замкнулся, ушел в себя. Переживал страшно. Но спустя какое-то время отошел.

Герман рывком поднялся со стула.

— Предлагаю совершить экскурсию по его замку. Произвести, так сказать, осмотр владений. Думаю, хозяин будет не в обиде. Бросил гостей, и поэтому они вынуждены как-то сами себя развлекать.

Я поднялась за Германом. То ли от волнения, то ли от выпитого вина меня качнуло в сторону, и он придержал меня за талию.

— Осторожней, Яночка.

— Спасибо, – прошептала я.

— Да не за что.

Мы двинулись по коридору вперед. Дом был двухэтажный, около столовой наверх вела витая лестница. Герман встал на первую ступеньку.

— Руку, леди, так мне будет спокойней.

Я дала ему руку. Его пальцы на какую-то долю секунды разжались, а губы дрогнули. Но это было лишь мгновение, а потом он овладел собой и повел меня наверх. Я шла медленно. Почему-то мне хотелось, чтобы это восхождение длилось как можно дольше. Может быть, дело было в этом мужчине, чье прикосновение внушало мне покой и уверенность, но вместе с тем и волнение, которое вызвало покалывание в кончиках пальцев… А может, я просто слишком перенервничала…