Онлайн книга «Crime story № 7»
|
— Как бы там ни было, он тебя спас. — Да, правда… Олег поднял глаза на Инну. В бледно-желтом свете лампы она вдруг показалась ему совсем другой – не такой, как раньше. Оказывается, у нее тонкие черты лица, красивые губы, чуть раскосые глаза. — Выпустите м-меня! – орал за стенкой Жека. – Вы оба с-сбрендили! П-придурки! Я же в-все отдал! – Его голос стал жалобным. – С-старик! Ты обещал! Олег взял девушку за руку – нежную и теплую, с изящной кистью и длинными пальцами. — Почему ты согласилась мне помогать? – прошептал он. — Хотелось встретить Новый год в необычной обстановке – с тобой, в доме твоего дедушки. Я думала, ты решил разыграть своего товарища. Ты же говорил, у вас так принято. — Я лгал… — Можно мне примерить браслет? – робко попросила Инна. Ему стало страшно. Что будет, если она наденет украшение, которое ей не принадлежит? Царевне Томирис это не понравится. — Новый год! – спохватился Олег. – Мы пропустили бой курантов и не открыли шампанское. — Еще не поздно. У нас на кухне стоит бутылка в ведре со снегом. Холодильник не работает, вот я и… — Неси ее сюда! – обрадовался он. * * * В поезде они уснули под монотонный стук колес. Снег продолжал идти. За окнами тянулись унылые серые поселки, белые равнины, голые деревья. Браслет лежал в сумочке Инны, которую она крепко прижимала к себе. Ей снилась бескрайняя степь и поросший травой курган, где под толщей земли лежит царевна, одетая в золото, как живая… Еще миг, и начнет вздыматься ее грудь, дрогнут мягкие ресницы, улыбка тронет красивые маленькие губы… Олегу снилась бешеная скачка, погоня, дробный топот копыт и свист скифских стрел. Сбитый стрелой, он падает на пожухлую траву… Последнее, на чем останавливается его угасающий взор, – золотой браслет на руке Томирис… сверкающие разноцветные камешки и две сплетенные в объятиях золотые фигурки мужчины и женщины. А вверху, невидимая, струится среди звезд светло-голубая лента Млечного Пути… Татьяна Устинова Волшебный свет Я стою в ожиданье, Когда вы вернетесь домой, Побродив по окрестным лесам. Очень долгим он кажется, Ваш выходной, По земным моим быстрым часам! Тата? Таточка, это ты? Она чуть не уронила мобильный. Чашка с кофе, которую она элегантно держала на весу, на блюдце не ставила, накренилась, и кофе выплеснулся на юбку. — Черт, вот черт возьми! — Таточка, к чему ты поминаешь черта? Тата, кое-как приткнув чашку на стол, пятерней стряхивала коричневые пятна с тонкой светлой ткани. С каждым движением получалось все хуже и хуже, пятна расползались и приобретали хвосты, как кометы. — Тата, ответь мне! Я туда попала, или я не туда попала?! Тата, плечом придерживая трубку, заскулила жалобно: — Бабушка, почему ты звонишь с какого-то странного телефона? В трубке помолчали, а потом сказали тоном оскорбленного царственного достоинства: — Почему со странного? Я телефонирую с совершенно нормального аппарата! По крайней мере, на вид он совершенно обычный! — Кто?! — Телефон, – пояснили в трубке. – А что ты имеешь в виду, когда говоришь, что телефон странный? Тата шумно выдохнула и перестала отряхивать юбку. Теперь по дороге на совещание придется прикрывать пятно ежедневником, словно ей так удобно – носить ежедневник на бедре, как индийская женщина кувшин. |