Книга Рождественские детективные истории, страница 55 – Елена Арсеньева, Татьяна Устинова, Марина Серова, и др.

— Артем Голубев нуждался в таких специалистах?

— Был ли Тема неадекватным? О нет! Он был прелестным человеком, доверчивым и нежным, как ребенок. Но он мог существовать комфортно только среди любящих его людей. Любой диктат, любая власть, которая считала его собственностью, превращала его в затравленного и страдающего человека. Он подчинялся и угождал, чтобы его любили. Если вы понимаете, о чем речь. Ему легче было существовать в золотой клетке, отчитываться перед хозяином в каждом своем поступке и каждой мысли, чем знать, что кто-то и где-то им недоволен. А серьезные требования и претензии были для него сродни пыткам.

— Артем Голубев оставил завещание?

— Да в том-то и дело, что нет. Тема все откладывал это. Как будто боялся, что это приближает его к смерти. Вы, конечно, все проверите, но я скажу в общих чертах, как обстоят его финансовые дела. Он собственник только квартиры в Москве и дома в Подмосковье, в котором живет семья. Недвижимость в Италии, на Кипре и в Болгарии записана на жену. На нее же переведена значительная часть капитала. Это все сложно, нужно говорить с бумагами. Я только обозначу одну вещь.

При жизни Артем был очень богатым человеком. Но фондами, акциями предприятий и многим другим он владел совместно с Лазаревым. Скорее всего, тот и есть наследник. Так что теперь я и не знаю, как могут повернуться дела. Если сейчас это вообще кому-то важно. Кроме семьи, конечно. Но с ними Лазарев договорится всегда.

— Для вас было неожиданностью выборы Артема Голубева президентом такой крупной ассоциации?

— Да нет. Мы были готовы. Вопрос решался давно. И права голоса у Артема практически не было. Это большая игра. Кстати, вы в курсе, что предыдущим президентом был Василий Ткач?

— Читал. А кто это?

— Это тесть Артема. Отец Анны.

— Так передача власти была в интересах семьи?

— Тут все даже сложнее. То есть выборы прошли легче, потому что Артем зять, все решили, что Ткач этого хотел. Но он не хотел. Его поставили перед фактом. Что-то вроде захвата власти. Артем – марионетка, теневой владелец Лазарев.

— Вы верите в суицид Голубева?

— Не вижу оснований не верить. Я хорошо знаю Тему. Если он принял такое решение, то способ мог быть лишь один – наркотик. Наркотик примирял его с жизнью, мог примирить и со смертью. Да, я знаю, в чем сомнения. Он не кололся. И не героин. Так он раньше и не хотел умирать.

— Вы уже поговорили с Анной?

— Да, но не в этом дело. Я тоже так считаю. Мы с Анной знаем его лучше, чем Варвара.

— Насколько хорошо вы знали Артема?

— Как никто. Я любил его. В самом прямом огромном смысле. И он был ко мне очень привязан. И если бы не его желание и потребность приспособиться ко всем догмам, подчиниться любым обстоятельствам и той сильной руке, которая потащит его на золотом поводке, – мы могли бы быть счастливы. И он не был бы потешным президентом. Не рвался бы между двумя женщинами, которые в равной степени не были ему нужны.

И брак, и любовная связь – дань социальному моральному диктату. И он был бы свободен и жив. На этом предлагаю завершить беседу. Дела, и сказал я больше, чем собирался. Не хотите ли выпить?

— Да уж… Пожалуй. Мы очень плодотворно поговорили.

Сергей уехал от Козлова почти в смятении.

Нет, адвокат его не запутал, наоборот, с профессиональной четкостью разложил ситуацию на составляющие части, да еще снабдил убедительными и очень красноречивыми оценками. Сергей поверил ему. Но дело не в этом. И даже не в открывшейся тайне однополой любви: не такой уж редкий случай. Вряд ли такая уж тайна.