Книга Изумрудный, страница 45 – Дарья Донцова, Марина Серова, Марина Крамер, и др.

Она без помех приняла душ, привела себя в порядок, осмотрела огромный лиловый кровоподтек на правом боку.

— Ты что, умерла там? – раздался из-за двери голос Кастета. – Не одна ведь! Если не откроешь, зайду сам!

Она вышла добровольно – не очень хотелось демонстрировать ему свои прелести, ничем хорошим не закончится, уж в этом она не сомневалась. От завтрака отказалась, сославшись на головную боль. Кастет разрешил ей прилечь на кровать, но заботливо пристегнул за правую руку к спинке.

— Так надежнее! – подмигнул он, выходя.

Марина легла и вытянулась во весь рост, наслаждаясь горизонтальным положением и относительно удобной позой. Совершенно очевидно, что в ее планах не значится работа проституткой, это же просто смешно! Но убежать вряд ли получится – уж слишком бдительный охранник и слишком хорошо он владеет своей палкой, чтобы могло возникнуть желание еще разок попробовать.

О том, что творилось сейчас дома, она предпочитала не думать… да и с Хохлом наверняка что-то произошло, иначе он ни за что бы ее не отдал… Только бы был жив! Занятая этими мыслями, Марина и не заметила, что через чуть приоткрытую дверь ее внимательно разглядывают.

— Молодцы парни! – восхищенно произнес тонкий мужской голос. – Где только откопали такую телку?

— Говорят, в торговом центре выпасли, прямо из примерочной взяли, – ответил Кастет.

— Вагиф доволен будет – такая дорого пойдет, особенно если перед этим по кругу ее не пускать, как вы это любите. Столько девок перепортили – поубивал бы вас!

— Эту Вагиф велел не трогать, видишь, я даже от двери не отхожу, чтобы у молодых яйца не сводило. И потом… Напоминает она мне кого-то, но вот вспомнить не могу никак. Знаешь, что она мне втирала вчера? Что она – Наковальня.

— Так ее что – по наводке взяли? – настороженным тоном произнес тонкоголосый, и Марина затаила дыхание, чтобы не пропустить ни слова. – Слушай, а ведь похожа, между прочим – я пару раз Наковальню видел, классная сучка.

— Да ладно! – отмахнулся Кастет. – Заливает мочалка эта, ну, похожа немного, и что? Будет тебе Наковальня по нашему торговому центру разгуливать!

— Знаешь, если честно, Кастет, эта девка не выглядит обычной телкой, – задумчиво протянул его собеседник. – Ты видел, какое на ней платье? Да и вообще – маникюр свежий, такой штуки на три «деревянных» в салоне потянет, прическа… И то, что Вагиф велел ее не трогать, меня напрягает – не было такого. Что-то не так с этой дамочкой, это я тебе говорю!

— А-а, тебе вечно тараканы мерещатся! Ну, платье, ну, маникюр… И что? Это совершенно не значит, что она – Наковальня. А Вагиф мог кому-то под заказ ее взять. Мало ли дураков в городе?

— Нет, погоди… Ты видел, какой у нее булыжник на пальце? Такой в ювелирке не купишь, штучная работа, заказная. Не может быть, чтобы такая упакованная баба одна по бутикам разгуливала. Ты не в курсе, с ней был кто-нибудь? – спросил тонкоголосый, и Кастет пробормотал:

— Пацаны говорили, что мужик сидел в магазине, здоровый такой, с усиками. Да, еще татуировка у него интересная на кисти была – пантера в прыжке…

— …твою мать! – заорал его собеседник. – Ну, лохи позорные, во вы встряли! Ты знаешь, кто это был?! Жека Хохол, охранник Наковальни! И значит, вот это – она и есть, баран ты беспонтовый! Что с Хохлом?