Книга Слесаря вызывали?, страница 34 – Маргарита Южина

Теперь таксист вез пару к дому Шуры. Когда подъехали, вышли оба.

— Может быть… чаю? – нерешительно предложила Шура.

— Нет, в следующий раз, – покачал головой Андрей.

Шура удивленно вскинула брови:

— В следующий? А почему не сейчас?

— Ты сегодня какая-то… сердитая, прости, – виновато улыбнулся Андрей.

— Я сердитая? … Мне кажется, я очень терпеливая барышня. Очень! После того, что сотворили мои родственники, я что должна была делать? Оплачивать их развлечения?

— Шура… мне кажется… – было видно, насколько тяжело Андрею дается этот разговор. – Мне кажется, ты злишься на Лидию. Злишься за то, что она увела у тебя Петра.

— Тебе не кажется. Я злюсь. Злюсь, потому что родные люди так не поступают. И еще… если бы это была там какая-то сильная любовь! А то она ведь уводит всех, кто рядом со мной. Ты разве не видел, что она и на тебя глаз положила. А как же Петя, которого она только что увела? Уже не любит?

— Но … понимаешь, любовь, это такое чувство, когда ты не властен над собой. Сейчас мы любим, а вот прошло время и уже не любим.

— Так времени-то прошло всего ничего! Тогда сиди и жди – проверяй себя.

— Ты так говоришь, потому что никогда не любила, – тихо проговорил Андрей.

— Почему же не любила? – усмехнулась Шура. – Я и сейчас люблю.

Андрей даже не спросил, он только с немым вопросом на нее посмотрел.

— Да! Представь себе, – развела руками девушка. – Люблю! Краша! Поэтому… прости, бегу выгуливать собачку.

И она быстро побежала в подъезд.

— Ну вот и все, – прибежала она домой и захлопнула двери. – Сейчас и посмотрим, кто кого любит. А вернее, кого или что.

На душе было неприятно. Не горько, а именно неприятно. Она тихонько подошла к окну и выглянула – машины уже не было. Шура покрутилась, покормила собачку, подошла к попугаю, а потом взяла телефон.

— Алло, Ань? Мы поссорились, – сразу же сообщила она и рассказала все в подробностях.

— Это вообще здорово! – обрадовалась Анька. – Значит, он тебя по-настоящему любил. Ты ж сама понимаешь, если б он из-а денег с тобой, ему было бы наплевать на всю твою родню.

— А так ему наплевать только на меня, да?

— И ничего не наплевать, просто высказал свое мнение. Но ты, Шур, слышишь, ты не сдавайся! Ничего! Если любит, то прибежит еще, а если не любит, то на фиг он такой красавец сдался. И не реви! Слышишь? Даже не вздумай реветь!

— Да я и не думала, вообще-то, – пожала плечами Шура.

— А чего? Чего не ревешь? – опять не понравилось Аньке. – Слушай, Шурка, я тебя не понимаю. Ты Андрея чего – не любишь, что ли? Главное, из-за какого-то Пети она расстраивалась, а из-за такого красавца, как Андрей…ты что – думаешь, тебе каждый день принцы будут в любви признаваться да по ресторанам тебя таскать? И букеты всякие дарить? …Кстати, букет забрала?

— Нет, в такси оставила. Сначала взяла, а потом…

— Вот дура-то, прости Господи… чего мы пытаемся разобраться в мужике, когда ты сама не понимаешь – нужен он тебе или нет.

— Ой, Ань, не знаю я, – вздохнула Шура. – Мне кажется, все мои бывшие вместе с настоящими настолько убили во мне веру в себя, что я уже и не верю, что кому-то могу понравиться. Смотрю на Андрея, хороший такой, классный, а полюбить его боюсь.

— Вот не понимаю! Не-пони-маю! Как это «боюсь любить»? если влюбляешься, то тут уже никаких страхов.