Онлайн книга «Лучшие хвостатые сыщики»
|
4 апреля Сегодня днем она, Дикая, опять появилась под моими окнами! Столь же красивая, гордая, стройная, независимая, как в прошлый раз, она мельком глянула на меня, маячившего в особняке за стеклом, мотнула головой, одновременно узнавая и демонстрируя собственное пренебрежение. Потом мимолетно усмехнулась – и пошла дальше своей роскошной, вольготной, очень сексапильной походочкой. Я обомлел и вдруг заметил, что за ней следуют, и довольно быстро, с каждым шагом сокращая дистанцию, сразу три диких самца. Вот они со всею очевидностью разглядели меня в окне и по-хамски не стали этого скрывать. Приостановились. Один сделал в мою сторону неприличный жест. Другой грубо расхохотался. Третий выкрикнул в мою сторону нечто похабное – что конкретно, я, к счастью, не услышал. А затем они бросились догонять Дикарку! На мгновение у меня непроизвольно сжались кулаки и подобралось все тело. Я на секунду представил – я говорил, фантазия у меня прекрасная, работа такая: сочинять истории, – как я выскакиваю из дома, пускаюсь за ними вдогонку… Как настигаю, набрасываюсь… Начинаю метелить… Колочу руками, ногами, рву зубами… Как они отчаянно кричат и бьются… Как, наконец, я рассеиваю их толпу – они, пристыженные и побитые, убегают в разные стороны, а я бросаюсь на грудь своей Дикой. Она, конечно же, в восхищении наблюдает за битвой и моими подвигами, нежно обнимает меня и, в знак благодарности, целует и воркует на ушко нечто, одинаково нежное и неприличное (они ведь, дикарки, как известно, необузданны в сексе)… Ох! Я глубоко вздыхаю и трезво понимаю, что у меня, конечно же, против диких нет никаких шансов – даже если бы я сумел выбраться из запертого снаружи дома. Надо смотреть правде в глаза. Справиться с тремя мужиками, да еще лесными обитателями, – это мне не по зубам, сколько бы любви и ревности ни питало мои силы. Порвут на части. Прибьют, затопчут. Остается только в бессильной ярости наблюдать из теплого дома, как, плотоядно ухмыляясь, они удаляются вслед за моей Дикаркой… В сердцах я пнул косяк двери, а потом еще и еще раз. Но что я мог сделать?! Как помочь и как постоять за нее – и за самого себя?! В полном недовольстве собой, в глубокой депрессии я удалился в свою комнату и, почти в отчаянии, бросился на кровать. Я не мог ничего поделать, ничего изменить. Мечты о Дикой были и, верно, навсегда останутся лишь бесплодными мечтами! В совершенно дурном настроении я нечаянно заснул и даже проспал возвращение хозяев – не пошел их, как между нами исстари заведено, приветствовать. Они, разумеется, заметили мое исчезновение и тут же поднялись в мою комнату проведать. Оба, разом, и господин, и мадам! Они увидели, что я отчего-то в плохом настроении, и постарались подбодрить меня, развеселить, утешить. Скажу честно, им это удалось – и наполнило мою душу теплым чувством. Вот оно, подлинное понимание, настоящее участие и любовь! Это не химера в лице Дикарки, которая мелькает, соблазняя, за окном! Это глубокое, искреннее, истинное чувство! Как следствие, сказка, которую я рассказывал им сегодня вечером, была преисполнена любви: и к ним – бестелесной, родительской – и отголосками того страстного чувства, что я испытывал к Дикарке. 5 апреля Она снова возле моего дома. Теперь остановилась на лужайке и, совершенно не скрывая, вызывающе, стала смотреть на меня. Я, естественно, приник к окну. Не мог оторвать от нее взгляда. Она тоже неотрывно глядела на меня, при этом чуть усмехаясь. Мой взор жадно ловил изгиб ее шеи… Ножки… Ручки… В ее лукавом и одновременно бесстыжем взоре читалось неприкрытое желание и вожделение. |