Книга Красота ее сгубила, страница 15 – Марина Серова

Я выдохнула, мне так полегчало. Как же хорошо, что Прохор не обижается и не грустит, а тоже кайфует! Ну что ж, у каждого свое хобби!

Итак, надо войти в образ скромной и непримечательной домработницы. И выведать как можно больше тайн темной лошадки по имени Артем.

Я пришла на собеседование ровно в девять, как и договаривались. Однако вместо Артема меня встретила строгая дама лет пятидесяти в чепце и переднике. Оглядела придирчиво с ног до головы.

— Меня зовут Евдокия Петровна, я старшая по дому. Артем меня попросил вас принять. Он в такое время еще спит. Итак, можно ваш паспорт? Хм. Приезжая? Издалека? Неужто тысячу километров преодолели для того, чтоб к нам в домработницы попасть? Не верю! Ну-ка, голуба, рассказывай, кто такая и что нужно? Меня не проведешь! По тебе же видно, что ты никогда не работала домработницей, у меня к этому делу глаз наметан.

Я чертыхнулась про себя, вот ведь сообразительная какая Фрекен Бок! Неожиданно! Но мне не привыкать к импровизации. Поэтому я потупила глазки, заерзала на стуле, пустила скупую слезу, стала лепетать:

— Как вы быстро меня раскусили. Вы правы, я в вашем городе оказалась случайно. Понимаете, у меня жених вроде был. Мы с ним по интернету познакомились, ну я и влюбилась. И вот он меня сюда привез, обещал шикарный отдых, катание на яхте! Я-то, дура такая, думала, Витя меня любит, мечтала, что скоро мы поженимся. А он напоил меня и в койку потащил, а потом еще его друзья тоже. Я так кричала, вырывалась. Но куда там мне с тремя бороться. Мало того что меня изнасиловали, так еще и обокрали. Хорошо хоть паспорт остался. И как мне теперь быть? Вот и хочу у вас поработать, накопить денег и домой уехать. Мне так стыдно…

Евдокия Петровна молчала, хмурилась, потом сказала:

— Да уж, подонков на свете хватает. Жалко мне тебя, девонька. Работай, я скажу Артему, что ты нам подходишь. И еще постарайся все забыть, что с тобой случилось. Ты еще молода, вся жизнь впереди.

Я тихо ответила:

— Спасибо вам, Евдокия Петровна! Обещаю, я буду стараться. Когда приступать можно? Вы же на первых порах объясните мне, что и как делать?

Так и начались мои рабочие будни в семье Каширина. А правила в этом доме были более чем странные. Мне в первый же день принесли список строжайших запретов. Я читала, и у меня становилось все больше вопросов к хозяину, которого я, кстати, почти не наблюдала. Некоторые из правил были и вовсе нелепыми, я переспросила даже у Евдокии Петровны:

— Ну ладно, завтрак подавать не раньше девяти, ну понимаю, не сметь стучать после двадцати двух, но почему не заходить в комнату на третьем этаже? Там что, какой-то секрет?

Но строгая женщина резко ответила:

— Не советую нарушать правила, хозяин за это и уволить может. Это комната его покойной матери. Артем ее безумно любил и до сих пор не может смириться с ее кончиной. Мы там не убираем и туда не входим. Это табу. А еще не советую совать нос туда, куда не просят, любопытных тут тоже не жалуют. Работай да помалкивай, если задержаться планируешь. Ты белье погладила?

Я кивала и лепетала:

— Извините, я же просто спросила. Все поняла, молчу как рыба. Да, все готово. Что мне дальше делать?

Если честно, с непривычки ноги и спина у меня просто отваливались. Особенно бесил дурацкий дресс-код! Колючая униформа и юбка в обтяжку, которая только усложняла выполнение домашних обязанностей. Так и хотелось послать все это к чертовой матери и уйти. На следующий день я пошла выбивать подушки во двор, чихала от пыли, и тут услышала разговор соседей по ту сторону забора: