Книга Белая стрекоза и три папы, страница 12 – Янина Корбут

Воспользовавшись временным затишьем, мы еще раз пробежались по основным пунктам программы, просмотрели рабочую почту и вышли на воздух. Надо было заниматься гостями и руководящими обязанностями, несмотря на то, что теплоход располагал к отдыху и бесцельному созерцанию красот.

Кают-компания (она же место для приема пищи, посиделок, пения караоке и обмена впечатлениями) уже успела собрать почти всех путешественников. Когда мы вошли, Юрий показывал Васятке, Танечке и супругам возможности акустической системы, хотя Васятку больше заинтересовали фигурки негритят. Он даже приспустил очки, чтобы лучше их рассмотреть.

Соня, заметив меня, сразу же помахала рукой. Рядом с ней стояла невысокая полноватая женщина с морщинистым улыбчивым лицом. Я сразу поняла, что это повариха Анна Михайловна, и поприветствовала ее.

— Садитесь чай пить! — отозвалась она. — Теплоход сейчас отчаливает. Пойду займусь обедом.

— Здорово здесь, да? — тараторила Соня. — Ой, чего это я, это же ты все организовала…

— Вообще, если быть до конца честным, это Славик постарался, — пришлось признать мне.

— Да, это был я, — гордо выкатил тот грудь вперед. Соня уставилась на него заинтересованно, пришлось объяснять ей, кто такой Славик, и как так случилось, что он стал моим партнером по бизнесу. В продолжение нашего разговора Славик успел доложить, что параллельно мы подрабатываем детективными услугами, за что я треснула его по затылку. Нечего тут свои истории о трупах рассказывать и пугать людей.

— Мы же Детективное Агентство Добрых Услуг! Пусть все знают…

— Ага, только конкретно ты в этом агентстве называешься министерством не ваших собачьих дел.

— Ничего себе, какая у вас интересная работа, — встряла Танечка, заслышав про убийства и добрые услуги.

— Конечно, однажды нас травили сухим льдом, а как-то чуть не замуровали живьем в склепе с мумией, — начал Славик, но тут заметил, что Васятка запутался в канате, и полез выручать собрата по ментальному уровню развития. Танечка, всплеснув руками, кинулась помогать обоим.

— Если честно, я волнуюсь перед встречей с Сашей, — доверительно прошептала мне Соня, подливая в свой чай поданный на подносике коньяк и закусывая все это лимоном. — А у тебя как на личном фронте?

Конечно, я сразу же подумала о Дубровском… Темные глаза, слегка вьющиеся волосы, подбородок грубоват. А губы пухлые, красивые, если бы не шрам, что перерезал верхнюю… Словом, довольно привлекательный парень, но даже не внешние данные делали его притягательным. Было в нем что-то такое… Дух авантюризма, вот! Ну не вписывался он в нашу серую, обыденную жизнь.

Больше года назад я словно попала в очарованный круг. Ведь прекрасно осознавала, что Дубровский — темная личность. Я должна испытывать к нему только злость, презрение и порицать его поступки. Но я влюбилась. И, кажется, Дубровский тоже что-то такое ко мне испытывал, потому что, меняя обличия и имена, периодически возвращался в мою жизнь. Он никогда не звал с собой, не рассказывал мне о своих планах, не хвастался связями с криминалом. И не боялся, что я выдам его, что свяжусь с полицией, расскажу все папе подполковнику. Он знал, что я не смогу причинить ему зло, но также знал, что я никогда не смогу поступиться своими принципами. Может, поэтому никогда всерьез не предлагал уехать с ним, куда глаза глядят?