Книга Пустота приходит не сразу, страница 82 – Евгения Горская

Небольшой зал располагался в одном из отдаленных районов.

Он не помнил, чтобы жена когда-нибудь всерьез мечтала собирать стадионы, но отчего-то остро ее пожалел.

Павел прикинул, сколько потребуется времени, чтобы туда доехать, прибавил сорок минут на то, чтобы купить букет. Выезжать нужно было часа через полтора.

Настя ворвалась в кабинет, когда он собирался выключить компьютер.

— Подпишите заявление! — Она положила перед ним напечатанное заявление об увольнении с аккуратной подписью. — Подпишите, пожалуйста!

Заявление было с открытой датой.

— Сядь, — Павел кивнул на стул и посмотрел на часы. Минут десять у него еще было. — Куда собираешься идти?

— Никуда! Я еще не решила!

Она не села. Стояла в расстегнутой короткой курточке и переступала ногами.

На Павла она старалась не смотреть.

— Виктор Владимирович говорил, ты собираешься в головную компанию.

Она зло мотнула головой.

— Подпишите, Павел Сергеич!

Что-то с ней было не то. Павлу показалось, что она сейчас заплачет.

— Настя, что случилось? — вздохнул он.

— Подпишите!

— Да подпишу, подпишу! Куда я денусь! Что случилось? — Он постарался поймать ее взгляд и не смог.

— Ничего!

— Так не бывает!

Она не ответила, посмотрела на мраморного слона и уставилась в окно.

Нужно уезжать. Он не так часто доставляет Миле радость видеть его на концерте.

— Когда ты хочешь уволиться?

— Сейчас!

— Я через неделю уеду. Уволишься со следующего понедельника. Годится?

Она наконец на него посмотрела и кивнула.

— Можно я пока буду работать дома?

— Договорись с Костей. Я не возражаю.

Павел выключил компьютер. Настя схватила подписанный лист и выбежала из кабинета.

Он успел добраться даже раньше намеченного времени.

Припарковаться около двухэтажного стеклянного здания, похожего на бывший кинотеатр, сразу не удалось, пришлось покружить по близлежащему кварталу.

Несмотря на еще ранний вечер, народу на улицах было мало. Машин, как ни странно, тоже. Наверное, потому что концертный зал не примыкал к жилым домам.

Выйдя из машины, Павел покрутил головой, прижал к себе купленный по дороге букет здоровой рукой и двинулся по тротуару.

Концертный зал мелькнул между домами, он вошел в проем между двумя девятиэтажками. Ветки растущих рядом с домами кустов касались головы, он шагнул влево, к центру дороги.

И тут прозвучал выстрел.

Павел дернулся, метнулся к кустам, огляделся. Рука от страха сжала букет так, что свело пальцы.

Второго выстрела не последовало.

Из-за угла дома навстречу вышла дама с болонкой на руках.

— Не бойся, Кеся, — успокоила дама собачку. — Придурки какие-то фейерверками балуются.

Из пистолета Павел стрелял больше десяти лет назад на военной кафедре в университете, но звук выстрела вспомнил. С взрывающимся фейерверком его не спутаешь.

Кроме него, выстрел никого не испугал. В нескольких метрах по двору прошла пожилая пара.

Наверное, молодежь часто запускает здесь фейерверки.

От страха свело не только руки, ноги тоже. Он постоял около заградительного столбика, не дающего въехать во двор.

Сердце перестало стучать, только когда он вошел в фойе. Повезло, он успел выпить в буфете бокал вина.

Сегодня выехать из дома нужно было позднее, чем обычно. Начальник должен был выступать на ежегодной конференции, а Кира — играть роль моральной поддержки. Вообще-то оратором начальник был отличным, а предметом владел как мало кто из сидящих в зале. Кира была уверена, что волнение он только изображает, но роль поддержки играла добросовестно.