Книга Скрытое убийство, страница 63 – Марина Серова

Закончив читать мне лекцию, Леонид Маркелович с сочувствием посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся.

Я поняла, что по поводу смерти Антонины Сергеевны доктор предоставил мне всю имеющуюся у него информацию. Теперь следовало выяснить подробности, связанные со смертью ее младшей сестры Виктории.

— Теперь, если не ошибаюсь, надо отыскать еще одну Колоярцеву? – Леонид Маркелович опередил мой вопрос, закрыв вкладку с выпиской Антонины Сергеевны. Здесь все уже было ясно.

— Да, – подтвердила я, – Колоярцева Виктория Сергеевна, умерла примерно год назад в реанимации от сильного кровотечения.

Леонид Маркелович вновь защелкал клавишами.

— Да, действительно, пациентка поступила в крайне тяжелом состоянии, острое маточное кровотечение… – Он внимательно вгляделся в монитор. – К сожалению, кровотечение продолжалось довольно долго до поступления в стационар, несмотря на то, что сразу же начали оказываться реанимационные мероприятия, пациентка скончалась. Слишком много крови потеряла.

— А почему у Виктории начался выкидыш? – спросила я. – Это можно установить?

— Ну… – Доктор внимательно вглядывался в экран. – Как правило, что-то определенное в этом усмотреть сложно. Обычно сказывается комплекс причин. Вот здесь, например, отмечается небольшой дефицит веса, девушка, должно быть, была худенькая…

— А свертываемость крови? – спросила я, поскольку готова была сделать вполне определенный вывод. Врач удивленно посмотрел на меня и вновь перевел взгляд на монитор.

— В общем и целом показатель в норме, – сообщил он. – Есть небольшие отклонения, но не критично.

— А не могло быть такого, что Виктория принимала какие-нибудь лекарства, нежелательные во время беременности? – Я не желала отказываться от засевшей в голове мысли. Врач с сомнением покачал головой.

— По анализам этого не видно, да теперь это уже невозможно установить. Да и зачем ей было принимать какие-то лекарства, в заключении не отмечено, что она страдала какими-то серьезными заболеваниями, скажем, хроническими. Вообще, некоторые токсины могут дать накопительный эффект и в какой-то момент спровоцировать выкидыш. Но в заключении об этом ничего не сказано, а теперь что-либо выяснять уже поздно… Так вы говорите, они сестры? – Леонид Маркелович с любопытством посмотрел на меня.

— Да, – кивнула я.

— Интересно жизнь распорядилась, – задумчиво проговорил врач. – Эта болячка, что была у Антонины Сергеевны, имеет наследственный характер. Старшей досталась, а младшей – нет.

По словам доктора выходило, что в смерти Вики вообще не было никакого криминала. Но мне все-таки трудно было в это поверить. Предстояло проверить еще кое-какие сведения, которые я почерпнула из Викиной переписки.

Поблагодарив Леонида Маркеловича, я поспешила поскорее выйти из лечебного корпуса. Слишком уж давящей показалась мне больничная атмосфера. Пробежав через двор клинического городка, я перешла на другую сторону улочки, где заприметила небольшое кафе. Для поддержания мыслительной деятельности мне срочно требовался эспрессо.

Усевшись за столиком у окна, я попыталась упорядочить полученную информацию. Итак, доктор не усматривал никакого криминала в смерти обеих сестер. Как не усмотрели ничего криминального патологоанатомы, выдавшие заключение о смерти Антонины Колоярцевой. Если учесть тяжесть заболевания, которым она страдала с самого рождения, удивительно, что вообще проводилось вскрытие. Да и заместитель главврача, судя по всему, принял меня за какую-нибудь заполошную истеричку, которой зачем-то вздумалось заново проверять обстоятельства дела, которое и открыто-то не было. Но как человек тактичный, он ничего подобного не озвучил и очень подробно ответил на все мои вопросы. Спасибо ему, а заодно и Володе Кирьянову. При воспоминании о том, как я пыталась запудрить мозги Кирьянову, меня вновь охватил жгучий стыд.